В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Она бы, пожалуй, не обратила внимания на женщину, сидящую близко от выхода на перрон, если бы не её дети. Старшие мальчик и девочка очень походили друг на друга.
Двойняшки. Лет шести, — присмотрелась к ним Ольга с интересом. Младший мальчик на вид четырёх лет робко жался к матери. Дети стояли тихо и ничего не просили. Их выдавали глаза, горящие нетерпением, с азартом наблюдавшие за расшалившейся детворой других пассажиров.
Их мать, не старше тридцати лет, одетая в чёрное, украдкой плакала, старательно пряча в носовой платок покрасневший нос.
Ольга догадалась, что молодую вдову с детьми взял под опеку кто-то из родственников. Она бесцельно походила по залу и направилась к семейной паре, надеясь услышать их разговор.
Моложавая женщина говорила тихо, много и быстро, не давая своему пожилому мужу открыть рот:
— Если бы она не стала женой этого нищего актёришки, то с её миловидностью нашёлся бы кто и получше. Сватался же к ней тот клерк, так нет, ей подавай любовь. Вон она, любовь, унесла чахотка, а ей теперь одной с троими детьми надрываться. Кому она нужна без гроша за душой?
В её низком голосе сквозили раздражение и досада.
"Сразу видно, кто в доме хозяин, — прислушалась Ольга. Не знала, почему ей стало интересно услышать, о чём они говорят. Возможно, не было чем себя занять. Или вдова напомнила ей себя недавнюю — неприкаянную и никому не нужную.
— Дорогая, она ещё молода, — возразил мужчина лет шестидесяти, но его не услышали.
Женщина продолжала высказывать наболевшее:
— Где мы её разместим с детьми? Как прокормить ещё четыре рта?
— Элизабет училась в пансионе и может найти место гувернантки или няни.
— В нашем городке? — повернулась ворчливая особа к мужу и одарила его презрительным взором.
— Поищет место в…
— А дети? Кто будет за ними смотреть? Не думаете же вы, что мои дочери станут няньками её детей?
— Она дочь моего покойного брата, дорогая. Я не оставлю её.
Женщина со злостью посмотрела на супруга:
— Кажется, вы забыли, что у вас самого две дочери и два сына, которых надлежит одевать, кормить, вывести в люди.
