В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Ольга смирится, свыкнется с ней, будет жить дальше.
Боль отметит её лицо скорбными складками в уголках опущенных губ, заляжет глубокой морщинкой над переносицей, проявится болезненным блеском в глазах. Отразится в треснутом зеркале её души.
Что изменилось? — с интересом осматривала она приближающийся холм.
У подножия появилась асфальтированная дорога, частная застройка окольцевала его, загнала в строгие рамки проекта. Ранее густые посадки деревьев поредели и ближе к церкви иссякли вовсе.
Вот уж что осталось на прежнем месте так это кладбище.
Мощёная камнем дорожка привела Ольгу к порогу, кстати, ставшему шире и ниже, снабжённому удобным металлическим поручнем.
Закрывшаяся за ней входная дверь, отсекла от современного мира.
В церкви было тихо. Тускло горели свечи. Лёгкие наполнились приятным сладковатым запахом ладана, горячего воска и сухой полыни.
Прошло сто пятьдесят лет, а в храме почти ничего не изменилось. Ящик для сбора пожертвований стоял на том же месте — тот самый, кованый, с монограммой Христа.
В первом ряду на скамье сидела пожилая женщина с молитвенником в руке. Закрыв глаза, она слегка покачивалась и казалась задремавшей.
Ольга выбрала место ближе к двери, ведущей в церковную библиотеку. Новая, крашеная, на фоне старых стен помещения она выглядела инородной.
Положив сумку на скамью рядом с собой, Ольга унимала расшалившееся сердце поглаживанием подвески на браслете.
Вспомнила Уайта, его ma chère и её испорченные туфли, недоразумение с часовником.
Из библиотеки вышел пожилой викарий. Он осмотрелся и прошёл к алтарю. Женщина очнулась, подхватилась и последовала за ним.
В церкви было холодно. Ольга озябла. К ознобу добавилась с трудом сдерживаемая внутренняя нервная дрожь.
Антон вошёл неспешно. На его груди поверх надетой ветровки покачивался на ремешке фотоаппарат. Мужчина с деловым интересом принялся осматривать церковь, не скрывая своих намерений.
Викарий, поглядывая в сторону Ольги, поспешно отделался от прихожанки и поспешил к неожиданному посетителю.
До Ольги долетали отдельные фразы.
