В ужасающем скачке над городом и за его пределами, невесомое создание излучает необычайную мощь. Оно мчится по черепичным крышам кварталов, сбегая в Сеттльмента с его рациональной геометрией, прежде чем стремительно летит в сторону безбрежных морских просторов и наконец останавливается....
Лакей у меня был Микита. Пишется тремя иероглифами, означает «Поле с тремя деревьями». Переводчиком стал Сирота, это по-японски «Белое поле». А ещё у меня есть обаятельнейшая Обаяси-сан, с которой я познакомлю вас позже.
– Значит, японский язык не так уж чужд для русского уха? – с надеждой спросил Эраст Петрович. – Мне бы очень хотелось поскорей его выучить.
– И чужд, и труден, – расстроил его Всеволод Витальевич. – Первооткрыватель Японии святой Францискус Ксавериус сказал: «Сие наречие замыслено синклитом диаволов, дабы истязать ревнителей веры».
– Почему?
– Потому что «доро» значит «грязь», а «нин» – «человек». «Грязный человек», каково для консула великой державы?
– А что по-японски значит «Россия»? – встревожился за отечество титулярный советник.
– Ничего хорошего. Пишется двумя иероглифами: Ро-коку, «Дурацкая страна». Наше посольство уже который год ведёт сложную дипломатическую борьбу, чтобы японцы использовали в документах другой иероглиф «ро», означающий «роса».
Письмоводитель Сирота в лингвистической дискуссии участия не принимал, просто стоял с вежливой улыбкой.
– Всё ли готово для обустройства господина вице-консула? – обратился к нему Доронин.
– Так точно. Казённая квартира подготовлена. Завтра утром придут кандидаты на должность камердинера.
Японец говорил по-русски правильно и почти без акцента, только кое-где путал «р» и «л» – например, в трудном слове «проверил».
– Мне, собственно, всё равно. Я употребляю самую простую п-пищу, так что в поваре нужды нет, – принялся объяснять титулярный советник. – Самовар поставить, в лавку за припасами сходить – с этим справится и слуга.
– Хорошо-с, – поклонился Сирота, обнаруживая знакомство и со словоерсами.
Вопрос был сформулирован несколько витиевато, и Эраст Петрович не вмиг уяснил его смысл.
– Нет-нет, я не женат.
Письмоводитель кивнул, как если бы был готов к такому ответу.
– В этом случае могу предложить вам на выбор двух кандидатов… то есть двух кандидаток на место супруги. Одна за триста иен в год, пятнадцати лет, прежде замужем не была, знает сто английских слов.
