Автор
В темноте дрожащего солнца в горах, слышится тихий всхлип. Капля воды на пересохших губах пробуждает память. Человек чувствует вокруг себя унывную жару и скрежет камней под ногами. Его душа требует знания, где он находится, что происходит. Алмазная пыль окутывает каждый солнечный луч, придающая мистическую атмосферу таинственности и опасности....
Вернуться она должна была только через три дня, к назначенной дате.
Едва дождавшись, когда машина въедет во двор, Наталья выскочила на чисто вычищенный асфальт двора и бегом влетела в дом. Стремительно взбежав по лестнице, она прошла к кабинету отца и, из вежливости стукнув в створку красного дерева тщательно ухоженными ногтями, решительно вошла в кабинет.
Сидя за старинным резным столом, господин Кручинин что-то быстро писал на листе роскошной, с цитрусовым запахом бумаги. Увидев дочь, он отложил золотую ручку и, перевернув исписанный лист, спросил, заметив, что она расстроена:
– Что случилось, Татошка?
Наталья была единственным ребёнком в семье, и её детское прозвище отец всегда произносил с изрядной долей тепла.
– Вот как? – задумчиво протянул Вячеслав Иванович, задумчиво вертя в пальцах ручку. – Не думал, что он окажется таким подонком.
– Можно ничего не отменять, но я не хочу жить затворницей в то время, когда он будет развлекаться в своё удовольствие. И ещё, я хочу знать, как ты отнесёшься к тому, что я решу завести ребёнка не от этого урода, а от другого человека, который покажется мне более достойным.
– Если ты говоришь о возможном скандале, то можешь не беспокоиться.
– Спасибо, папа, – грустно улыбнулась Наталья.
Она отлично понимала, что будет, отмени она свадьбу сейчас. Приглашения были направлены первым лицам империи ещё месяц назад, и отмена означала, что все приготовленные подарки, купленные к их свадьбе платья и украшения останутся неиспользованными, что в их среде означало подвергнуться тихой изоляции.
Подкладывать такую свинью отцу она не хотела и потому, рассказав ему всё как есть, задала именно этот, самый главный вопрос.
Практически она получила от отца карт-бланш на любые действия, какие только придут ей в голову. Вот теперь она была готова поспорить с Максом по-крупному. Обойдя стол, она присела на подлокотник кресла и, обняв отца за шею, прижалась к его плечу.
