В душных коридорах аэропорта "Пулково", где каждый шаг кажется монотонным, женщина и ее внук находятся в ожидании вылета. Атмосфера здесь напоминает скучную симфонию из множества маленьких сюжетов – очереди на регистрацию, багажи с колесиками и сумки на плечах.
Маркиз заказал чашку капучино и сухое пирожное, официантка посоветовала ему миндальный рогалик.
Когда минутой позже официантка принесла заказ, Леня пожаловался на погоду, и незаметно завязался ни к чему не обязывающий разговор.
– Вам здесь не скучно целыми днями? – поинтересовался Маркиз. – Люди куда-то спешат, торопятся, улетают в разные экзотические страны, в далекие города, а вы стоите за стойкой, и каждый день все одно и то же…
– Передо мной проходит столько людей! – возразила официантка.
Маркиз проследил за ее взглядом и увидел парочку – полноватый мужчина лет сорока в мятом костюме, худенькая женщина в нарядном свитере с глубоким вырезом, с коралловыми бусами.
– Почему вы так думаете? – поинтересовался Маркиз.
– Во-первых, она принарядилась перед поездкой, а у него даже ботинки нечищены. Если бы она была его женой, уж за такой мелочью проследила бы.
– Ну, это вопрос… – протянул Леня. – Бывают мужчины, которых невозможно заставить что-то сделать…
При этом он вспомнил, как долго и безуспешно Лола пыталась его приучить не разбрасывать всюду свои вещи. И как изменились его привычки после того, как в доме появился Перришон и нагадил на его любимый итальянский пиджак.
– Бывают, – согласилась официантка. – Но тут еще кое что. Вы видите – они держатся за руки.
– Да, действительно! – проговорил Маркиз, приглядевшись.
– Как вы думаете – о чем это говорит? И последнее. Когда я принимала у них заказ, видела на столе их маршрутные квитанции, копии электронных билетов. Так вот, у них две квитанции. Если билеты покупают муж и жена, им распечатывают одну, общую квитанцию…
– Снимаю шляпу! – восхищенно проговорил Маркиз.
На этот раз он показал на скромно одетую даму средних лет, которая сидела за столиком с рыжим мальчишкой лет семи.
– Для матери она старовата, а для бабушки слишком молода…
– И не мать, и не бабушка! – авторитетно проговорила официантка. – Это гувернантка.
