Утром 6 апреля 1945 года советские войска готовятся к штурму Вены. Южной и восточной фронтами атакуют две гвардейские армии — 4-я и 9-я. Гитлеровцы упорствуют в сопротивлении, оставаясь последним бастионом на пути к южной Германии. Таможенники и местные жители наблюдают за боем из окна кафе, пытаясь разобраться в происходящем....
Интересная у вас семейка, господин Хубер…
– Никакой он мне не муж! – взвыла из соседней комнаты Хелена. – Я его вообще не знаю!
– Ну, слава богу, – ухмыльнулся капитан Зинченко. – А мы уж подумали, что совсем мужик сбрендил.
– Хорошо, я все скажу… – пролепетал Хубер. – Только отпустите и уберите собаку…
Красноармейцы отошли, Артемьев выволок из дома оскалившегося Амура.
– Рассказывайте, – потребовал Гордин. – Кому вы радировали? О чем сообщение? Где находится демонтированная лаборатория по производству фальшивых денег и документов?
– Да, конечно, я не буду ничего скрывать… – пролепетал мужчина.
Он был неглуп, наблюдателен и имел отменную реакцию. А ведь образ себе создал совсем иной! Он вывернулся, словно уж, ударил красноармейца локтем в висок – тот отшатнулся. Второй получил кулаком под дых и на пару мгновений загородил собой злоумышленника. Это был вопль отчаяния, последний шанс, и Хубер не преминул им воспользоваться. Он метнулся назад, к лестнице на чердак, ловко взлетел по ней наверх.
Гневно заорал Булычев, оттолкнул хрипящего красноармейца, кинулся к лестнице, стал карабкаться следом. Хубер был уже наверху, с силой захлопнул крышку люка – она огрела Булычева по голове! Он сорвался с лестницы, выронил автомат, его подхватили, он повалился на колени, стиснул руками пылающую макушку. С такими штучками и до сотрясения недолго…
Гордин вскарабкался по лестнице, отбросил крышку. Прогремел выстрел – майор присел от неожиданности.
Андрей полоснул из автомата – преступник отшатнулся. Снова топот, разбилось стекло. Андрей влетел на чердак, выстрелил для острастки. С потолка сыпалась щепка, отламывались пласты штукатурки. Дважды грохнул «Вальтер», но пули никого не зацепили.
Хубер со всем отчаянием использовал свой последний шанс.
Хубер докатился до края козырька, ухитрившись не выронить пистолет, и упал вниз. Он был словно гуттаперчевый цирковой артист! Сгруппировался в полете, оттолкнулся ногами, кинулся бежать через двор.
