Утром 6 апреля 1945 года советские войска готовятся к штурму Вены. Южной и восточной фронтами атакуют две гвардейские армии — 4-я и 9-я. Гитлеровцы упорствуют в сопротивлении, оставаясь последним бастионом на пути к южной Германии. Таможенники и местные жители наблюдают за боем из окна кафе, пытаясь разобраться в происходящем....
Как назло, на узком пятачке никого не было! Он появился в зоне видимости, бежал, заметно прихрамывая, – все же без последствий не обошлось. Все произошло внезапно, бойцы не успели среагировать. Но уже шумели, надрывно лаял Амур.
Андрей целился в ноги, но пот разъедал глаза, мишень ускользала из прорези прицела. Где-то слева уже бежали люди.
– Не убивать! – крикнул сообразительный лейтенант Маркуша.
Поздно опомнились. Думали, командир на чердаке с этим упырем один разберется?
Хубер дохромал до края участка, выбил ногой хлипкую ограду, вывалился на улицу.
– Стой, сволочь! – звонко выкрикнул Несмелов, прыгая с крыльца. Лейтенант покинул слепую зону, бежал через двор с пистолетом на вытянутой руке, хлопала по бедру пустая кобура. Он стрелял, но в Хубера не целился, палил абы куда.
Немец вдруг резко повернулся, оскалился, вскинул «Вальтер». Несмелов успел бы среагировать, но в этот момент затвор заклинило. Как всегда вовремя! Хубер уже давил на спусковой крючок, Несмелов сообразил, что добегался, отчаянно закричал…
Андрей дал очередь – автомат задрожал в руках, разлетелись веером пули.
"Гордин плохо помнил, как скатился по лестнице, кого-то оттолкнул.
– Командир, какого черта? Зачем ты его убил? – кричал капитан Зинченко.
Хубер уже не шевелился. Три пули в груди, одна в плече – такое кого угодно заткнет. Остался только кривой оскал на мертвой физиономии.
– Командир, зачем? – недоумевал Зинченко. – Он бы никуда не убежал!
– У этого спроси, – кивнул Андрей на бледного лейтенанта.
