Наступило безмолвное ожидание, когда парень в цепях на дне бассейна неожиданно начал дышать. Телохранители Бестужева и парни из лагеря стояли неподвижно, прислушиваясь к шепоту жизни. Лера и Максим Журавлёвы переглянулись, прежде чем снова обратиться к нему полными надежды взглядами....
Испуганно вытаращив глаза, она беспомощно хватала ртом воздух. Анаит, поняв, что перестаралась, слегка ослабила хватку и повторила вопрос.
– Я не знаю, откуда он здесь взялся, – прохрипела Светка. – Я впервые вижу эту тетрадь…
– Продолжаешь упорствовать? Дьявол, – процедила сквозь зубы мадам Анаит. – Поверь, я не хотела, но ты меня вынуждаешь…
Она снова сжала пальцы, и Светка схватилась за горло, не в силах вдохнуть. Старуха подняла руку, в которой держала дневник, и самыми кончиками пальцев приподняла черные очки.
Если бы Светка могла кричать, она издала бы самый громкий визг, на какой только была способна. У мадам Анаит были нечеловеческие глаза – с желто-зелеными радужками, узкими и продолговатыми зрачками, как у змеи.
– С-с-смотри на меня, – тихо прошипела старуха. – Отвечай на мои вопрос-с-сы…
Ее жуткий пристальный взгляд притягивал, не отпускал, проникал прямо в мозг перепуганной Светки. И девушка не могла сопротивляться. У нее не хватало сил, чтобы отвести глаза в сторону.
В этот момент стена, в которой было прорезано окно, с грохотом взорвалась.
Взрыв сбил мадам Анаит с ног, и она разжала руку. В тот же миг Светка брякнулась на пол, жадно хватая ртом воздух. Старуха яростно зашипела, словно настоящая змея.
Возле разбитого окна стоял человек в длинном поношенном плаще и шляпе, низко надвинутой на лицо. Он резко вскинул руку – она оказалась полностью металлической.
В следующее мгновение грянул оглушительный выстрел.
Глава четвертая
Фамильное сходство Тюменцевых
Дэн возмущенно уставился на Бестужева. – Вы правда думаете, что я буду вам помогать?! – гневно воскликнул он. – После всего, что вы сделали? После шантажа и угроз?
– А что еще тебе остается, мальчик? – невозмутимо спросил Бестужев.
– А если найдут? – разволновалась Лера. – Что же тогда будет?
– Вернут в стеклянную банку, – жестко ответил старик, – и возобновят свои бесчеловечные опыты.
