Британский подданный Николас Фандорин, потомок легендарного российского сыщика, приезжает в Москву. Его ждут древние тайны подземелий, загадки семнадцатого века и опасные приключения. Герой в английском костюме должен разгадать тайну прошлого, которая грозит перевернуть его жизнь.
Никогда больше не увидишь весеннего утра, осеннего вечера, травяного луга, стелящегося под ветром! Как вы непростительно, преступно глупы, господа смельчаки! И все же я восхищаюсь вашей глупостью. Она великолепна, эта бесшабашность, с которой человек из-за прихоти, вздора, каприза отказывается от всех даров жизни и самого бытия! Воистину лишь царь вселенной способен на такое расточительство! Шире рот, шире!
Корнелиус замычал, ибо лекарь вдруг ухватил его чем-то железным показалось, что прямо за челюсть – и потянул.
– Один вынут. Р-раз! Вот и второй. Прополощите рот водкой и выплюньте в миску.
Как следует погоняв меж щек изрядный глоток водки, выплевывать ее капитан, конечно, не стал – проглотил и сразу потянулся к бутылке выпить еще, но Вальзер не дал.
– Довольно. Я хочу, чтобы вы внимали мне с ясным рассудком. Я собираюсь сообщить вам нечто такое, что изменит всю вашу жизнь.
Аптекарь взволнованно поправил очки, испытующе посмотрел фон Дорну в глаза.
– Надеюсь, изменит к лучшему? – пошутил тот.
Вальзер задумался.
– Прежде, чем я отвечу на этот вопрос, скажите, герр капитан, есть ли в вашей жизни какая-нибудь великая тайна, которую вы пытаетесь разгадать?
– Великая? Слава богу, нет. – Корнелиус улыбнулся. – Разумеется, кроме самой жизни.
– Тогда считайте, что до сих пор вы по-настоящему не жили, – очень серьезно, даже торжественно сказал Вальзер. – Человеческая жизнь обретает смысл, только когда в ней возникает Великая Тайна. Слушайте же. Вы первый, кому я решил открыться. Если б я верил в Бога, то счел бы, что вас послал мне Господь. Но Бога нет, есть только слепой случай, а стало быть, спасибо слепому случаю.
Фон Дорн почувствовал, что ему передалось волнение собеседника, и шутить больше не пытался – весь обратился в слух."
"– Вы храбрый, сильный, великодушный рыцарь. У вас живые, умные глаза. Как редко соединяются в людях эти драгоценные качества: сила, великодушие и ум. Возможно, я совершаю непоправимую ошибку, доверяясь вам, но ведь если б вы не кинулись с такой самоотверженностью спасать меня, я все равно уже был бы мертв. – Вальзер содрогнулся. – Монахи выпотрошили бы меня заживо, выпытали мою тайну, а потом бросили бы на поклев воронам.
– Монахи? А я думал, это обычные грабители, которые нацепили черные рясы, чтобы их было не видно в темноте.
– Разве вы не узнали Юсупа? – удивился аптекарь. – Вы же были с ним лицом к лицу.
