Автор
Пораженный ужасом, молодой поэтический проповедник Остин стоял у окна тюрмерной башни над внутренним двором. Сквозь стекло он видел кровавую трагедию – сотни заключенных волокли к судьям, которые казнили их на месте преступления. Атмосфера Парижа в день свержения монархии была жуткой и наполненной ожиданием за новыми убийствами....
В тени величественной средневековой крепости Шато-Гайяр Ролло и Габриель разгрузили свой товар и заключили сделку. Они не имели дел напрямую с английскими контрабандистами из Корнуолла, которые ожидали груз вдали от берегов Нормандии на своих быстроходных кораблях. Из Парижа контрабанда шла по цепочке до самого Руана. Возле этого города характер течения Сены менялся, и только самые опытные и отважные могли рискнуть своим кораблем и жизнью и бросить вызов водовороту, который возникал там, где прилив и течение реки сходились и боролись друг с другом за власть над дельтой.
Сколько кораблей пошло ко дну и сколько людей навек исчезли в речной пучине! Но никто и не подумал оставить это прибыльное ремесло. Даже война не произвела большого впечатления на les contrebandiers.[22] Они так жили веками. Ни революция, ни Бонапарт, ни сам дьявол не могли этому помешать. И уж конечно это не удалось английским таможенникам на быстроходных клиперах. Габриель и Ролло были очень мелким звеном в этой цепи. Для них это было не более чем приключение.
"Деньги жгли друзьям карманы, и они направились в центр маленького городка Андели. Возле кафедрального собора Габриель и Ролло наткнулись на таверну. «Три брата» была известным притоном контрабандистов. Таверна представляла собой типичное для этого края деревянно-кирпичное здание с плетеной крышей.
Спутники протолкались внутрь и нашли место за столиком в углу зала. Таверна была переполнена.
Габриель впитывала в себя атмосферу таверны. Дым от керамических трубок, которые курили большинство habitues,[23] лениво поднимался к низкому потолку из дубовых балок.
Ролло и Габриель заказали кальвадос и теперь молча попивали его из своих стаканов. Ролло порылся в карманах и извлек оттуда кисет с табаком и керамическую трубку. Габриель вытянула длинные ноги и наблюдала, как друг осторожно раскуривает трубку от пламени свечи, стоявшей в центре стола.
Девушка инстинктивно потерла затылок.
