Словно нарочно, Варенька выбрала именно ту арию, которую Александр Корф когда-то слышал в обществе Амалии, вскоре после их свадьбы. Он помнил даже цвет занавеса в том театре, помнил, как выглядел тамошний дирижер. А вот Амалия, кажется, все забыла, как видно по ее рассеянному лицу. И это почему-то резануло по сердцу барона больнее всего, как будто вместе с воспоминанием о той опере она вычеркнула из своей жизни и его самого, его присутствие, которое (он совершенно точно знал!) одно лишь и имело когда-то значение для нее.
— Может быть, попробуем еще? — спросил Никита у Вареньки.
Девушка стала отнекиваться, но Анна Владимировна принялась уговаривать племянницу, и к голосу хозяйки присоединились почти все гости. Пришлось Вареньке спеть еще четыре арии, но под конец она устала и начала немного сбиваться.
— Простите, — сказала она, разводя руками. — Я… кажется, я больше не могу.
Никита поднялся и очень галантно поцеловал ей руку.
— Вы были великолепны! — искренне воскликнул Преображенский. — И для меня было честью аккомпанировать вам сегодня!
Как будто для того, чтобы окончательно изгнать еще царящий в комнате дух музыки, заскрипели кресла, кто-то закашлялся. Мужчины громко заговорили, женщины шуршали платьями и перебрасывались замечаниями. Де Молине взглянул на часы и, пробормотав: «Кажется, мне решительно пора», — поспешил вниз. Павел Петрович улыбнулся жене. Вечер явно удался, и у него были все причины быть собой довольным.
Амалия подошла к Верховским, чтобы попрощаться. Билли следовал за ней кроткой тенью, не переставая одним глазом следить за опасным бароном Корфом, который все еще маячил поблизости.
— Благодарю вас за доставленное удовольствие, — пожала Амалия вялую руку Анны Владимировны. — А где маэстро Беренделли? Мой кузен хотел бы поблагодарить его за предсказания, которые он сделал.
— Черта с два! — прошипел Билли за ее спиной. — Он мне такого наговорил…
— Билли, — тихо и выразительно проговорила Амалия, — не надо быть невежливым. Если ты хочешь знать свое будущее, то должен быть готов к тому, что кое-что в нем может тебе не понравиться. Разве не так?
«И почему она всегда права?» — с тоской подумал Билли.
— В самом деле, — смущенно вставил Митенька. — Маэстро так и не присоединился к нам.
Павел Петрович и Анна Владимировна переглянулись.
— Надеюсь, с ним все в порядке, — сказал Павел Петрович. — Сейчас, баронесса, я провожу вас, только гляну, как там синьор Беренделли.
Билли взял Амалию под руку, и они двинулись вслед за хозяином дома к малой гостиной. Митенька, который понял, что Амалия уходит и увидит он теперь ее неизвестно когда, увязался за ними. Юноша искал, что бы такое сказать умное, чтобы произвести подобающее впечатление, но ему ничего не приходило в голову.