Я…
— Поверьте, Иван Андреевич, — мягко сказала Амалия, — мне очень важно знать все.
Тайный советник вздохнул и покачал головой.
— Не знаю, право, зачем вам такие подробности. Да я выходил… гм… по делу. Только я не сразу нашел, где в доме у Верховских находится помещение…
— Кабинет, — подсказал Билли в пространство. Амалия послала ему предостерегающий взгляд.
— Вы кого-нибудь видели, когда вышли из большой гостиной? — спросила Амалия. — Или, может быть, заметили что-нибудь?
— Боюсь, нет, — извиняющимся тоном промолвил Иван Андреевич. — Хотя нет, видел. Господин композитор… э… стоял у двери и ждал, когда освободится…
— Кабинет? — улыбнулась Амалия.
— Да, — с облегчением подтвердил Иван Андреевич.
— Понятно, — вздохнула Амалия. И без перехода спросила: — Простите, ваше превосходительство, я могу взглянуть на ваш платок?
— Ради бога, — удивленно откликнулся тайный советник.
Амалия бегло осмотрела платок и вернула его хозяину, после чего задала Ивану Андреевичу еще несколько вопросов. Нет, он не помнит, кто еще выходил в то время, пока Варенька пела. Да, несколько человек выходили из большой гостиной после того, как уже стало известно про убийство. Сам он, например, выходил покурить в курительную комнату, потому что у его жены от табака болит голова.
— Благодарю вас, — очень вежливо сказала Амалия, — это все, что я хотела знать.
Тайный советник замешкался у двери.
— Я бы хотел попросить вас, госпожа баронесса… То, что я вам рассказал об Андрюше…
— Обещаю вам, я никому ничего не скажу.
Когда Иван Андреевич наконец удалился, Амалия открыла записную книжку и аккуратно зачеркнула строку:
— Разумеется, — кивнула Анна Владимировна, — я готова ответить на любые ваши вопросы. Поскольку столь ужасное происшествие произошло именно в нашем доме, — женщина поморщилась, — я готова оказать вам любую помощь.
Но Амалия не стала торопить события. Для начала она заговорила с Анной Владимировной о Лакунине и тех прискорбных событиях, которые произошли у него на службе.
— Ужасная история, — вздохнула Верховская. — Но Павел Петрович ни на мгновение не верил в то, что в растрате денег виновен Иван Андреевич. И мой муж всегда его поддерживал. Если бы не он, то Васильчикову наверняка удалось бы выйти сухим из воды.
— Вы его знали? — спросила Амалия.
— Я? Да. Очень любезный господин, но нрава престранного. Когда он развелся со своей женой года два назад, я сразу же подумала, что он плохо кончит.
— Ну, не все разведенные плохо кончают, — улыбнулась Амалия.
