— Романтику оставь на потом, когда будешь знать, что в случае неудачи разобьётся лишь твоё сердце, а не рухнет жизнь, — я хлопнула в ладоши и встала с кресла. — Смотри за детьми, а я пойду. Письма почитаю, да посмотрю, что там за заказы.
В мастерскую вошла, затаив дыхание. Соскучилась… Машинка призывно блестела, но я покачала головой: — Не сейчас, милая. Не могу я пока к работе приступить. Ночью либо завтра, обещаю.
На столе нашла письма и несколько золотых монет. Пять золотых за два комплекта? Неплохо… Интересно, это такая цена или же Белла решила меня так поддержать? Хм, это ещё один вопрос, который я так и не успела решить.
Я не изучила рынок одежды, потому не знала, какие цены ставить. Поставлю низкие – будут проблемы с остальными мастерскими, да и моя выгода пострадает. Поставлю высокие – не будет заказов.
Сев в кресло, открыла первое письмо. Белла с восторгом рассказывала, как понравился заказ. Огорчена, что не смогла меня застать, но просит сшить ещё пять комплектов на своё усмотрение.
Ниже она прислала мерки своих девочек. Также поблагодарила за скорость работы и сообщила, что постарается дать рекламу в Малинках. Пусть все знают, какую красоту могут заказать в Лирхе. Пообещала приехать примерно через недельку и очень надеется, что заказы будут готовы. Ещё пара слов благодарности за заботу о Северине и просьба приглядывать за девочками, потому что она видела возлюбленного Северины, и он ей не понравился. Я отложила письмо в сторону и сделала себе пометку, что если придут по рекомендации Беллы, то сделать скидку.
Пусть небольшую, но всё же – как комплимент. А вот слова Беллы о Северине насторожили. Кому, как не владелице борделя, разбираться в мужчинах? Ведь прими она не того клиента, и девочек могут обидеть. Что же, глянем на жениха… Познакомимся. Заодно ещё раз поговорю с Севериной, чтобы не торопилась. Ещё две записки были от заказчиков. Просили костюмчики для своих детей. Что же, с ними всё проще. Написав ответные записки с приглашением на примерку, я отложила их в сторону, предварительно пометив себе, чтобы не забыть.
Осталось только письмо Анны, его я вскрывала с радостью. Иметь в этом мире не просто знакомую, а соотечественницу было очень приятно и радостно на душе.
Анна рассказывала, что у неё всё хорошо, но немного одиноко. Спрашивала, как добрались и как складываются наши отношения. “Не тупит ли Нейт, или всё так же дурака изображает?”. Я похихикала над ласковыми прозвищами для Нейта.