Все то же самое: не знаю, не видел, не слышал, ничего не могу сказать. Тогда-то сыщик и потерял терпение."
"– Послушайте, что вы скрываете? – заорал он, обращаясь к Эрмелинам и ни капли не заботясь о том, что его слышат все остальные присутствующие. – В чем вы хотите меня убедить? Что вы понятия не имеете о том, почему Леонар Тернон убивает вас друг за дружкой, как цыплят? – Глаза сыщика сверкали, на щеках проступили багровые пятна. Он рванул узел галстука, чтобы ослабить его. – Черт возьми, да я ни за что в жизни не поверю, будто Тернон мстит вам за то, что из-за вас ему пришлось прокатиться в Африку! Даже если он попал там в плен или заболел лихорадкой, все равно этого мало, чтобы вот так хладнокровно убивать людей! Должна быть и другая причина! Что, месье? – с вызовом обратился он к Кристиану, который отвел глаза. – Может быть, вы объясните наконец, для чего Тернону понадобилось убивать сестру управляющего? В конце концов, она же не была его невестой! А вы, мадемуазель? – Теперь он обращался к Луизе Сампьер. – Вы живете в этой семье, вы должны знать все об их делах! Может быть, хватит ссылаться на детский возраст? Почему Тернон так ненавидел Боваллона и Коломбье?
– Я не знаю, месье, – растерянно пробормотала Луиза. – Честное слово!
– Да что вы цепляетесь к ней! – крикнул Гюстав. – Вы, жалкий сыщик, который на корабле, окруженном водой, не может отыскать пропавшие драгоценности… который ничего сделать не в состоянии, кроме как собирать записки с номерами убитых!
– Молчать! – рявкнул Деламар. Он угрожающе наставил указательный палец на семейство Эрмелин. – Вы все мне лжете! Даже когда вы говорите правду, вы что-то недоговариваете! Все вы глухие и слепые, и когда у вас под боком убивают человека, вы ничего не замечаете! И вы хотите, чтобы я поверил вам? – Он подался вперед. – А может быть, вы просто боитесь, что я поймаю Леонара, и тогда он заговорит? А? А?
– Неслыханно… – пробормотал Кристиан. – Просто неслыханно!
Однако в его тоне не чувствовалось и тени убежденности.
Деламар повернулся к Амалии и развел руками.
– Не понимаю я этих людей, – с отчаянием проговорил он. – Не понимаю. – Он рухнул на диван. – Ваша горничная пришла, мадам Дюпон.
И в самом деле в комнате появилась Марианна, которая прислуживала Амалии на «Мечте».
– Мадам, – доложила она, – отец Рене просит позволения поговорить с вами.
– Хорошо. – Амалия поднялась с места. – Проводи его в каюту, я сейчас приду.
– Собираетесь исповедоваться? – насмешливо осведомился Феликс Армантель.
– Еще одно слово, – угрожающе вмешался Рудольф, – и исповедь понадобится вам!
– Ой, вы меня пугаете… – картинно взволновался Феликс и, отвернувшись, пригладил усы.
– Мне проводить вас, кузина? – спросил Рудольф.