Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
Боец вытягивается по стойке «смирно» и, вскинув руку к фуражке, громко приветствует меня:
— Здравия желаю, товарищ первый лейтенант! — А в глазах смешинки. Вот шутник! Издевается.
— Вольно, сержант! — Мгновение — и мы с сержантом крепко пожимаем друг другу руки. — Кстати, а что вы здесь делаете?
— Да вот меня с Васильковым, Бобровым и еще десятком пограничников прислали сюда в качестве инструкторов. Поменялись с вами ролями, товарищ первый лейтенант. Поселились мы вот там, — указывает на еле видимые меж деревьев слева здания Леха. — Когда обустроишься, обязательно приходи, а сейчас нам пора — дела!
Попрощался со старыми-новыми знакомыми — а по-другому я их не смог для себя обозначить: вроде знакомы, повоевали вместе, есть взаимопонимание и почва для дальнейшего общения, а по сути, знаю этих людей всего ничего, — и вошел в штаб.
Сразу у входа стоят два стола, составленных вместе в ряд. За первым столом сидит американский второй лейтенант, за вторым — русский мамлей с газетой в руках. Сразу спрашиваю по-английски, где мне можно найти полковника Дерби. Второй лейтенант сначала лениво спрашивает, зачем он мне понадобился, но, заметив нашивку «рейнджеры», становится серьезным:
— Сэр, вы прибыли по назначению? — Киваю. — Тогда позвольте ваши документы. — Послушно протягиваю свои удостоверения. — Это обязательная процедура, сэр. Сейчас… я занесу вас в журнал… Майкл Пауэлл? Сэр… — Дежурный перевел на меня задумчивый взгляд и вскоре широко заулыбался: — Вы тот самый первый лейтенант Майкл Пауэлл, который 22 июня спас большое количество русских солдат и вместе с русскими пограничниками оборонялся от превосходящих сил противника? О вас столько говорили по радио и в газетах!
Мамлей, сидящий за вторым столом, медленно переводит удивленный взгляд с газеты на меня. В моей голове стремительно проносится: да ты знаменитость, Майки! Главное — не зазвездеть.
— Эмм… Не знаю, что там обо мне пишут и говорят, я просто выполнял свои обязанности. — Вижу, второй лейтенант тихонько фигеет, в хорошем смысле этого слова. — А все же где мне найти полковника Дерби?
— О да, сэр! Конечно! — встряхнувшись, затараторил он. — Вам нужно подняться на второй этаж. Кабинет полковника в конце коридора налево, сэр!
Забираю документы и поднимаюсь на второй этаж. Искомый кабинет нашелся быстро. На двери прибита табличка, опять на двух языках: «Col William O. Darby. Полковник Уильям Дерби».