Автор
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Раздел Chitat.online для книги «Анахрон» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Беньковский Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сигизмунд вскипятил молока и отнес юродивой — пусть выпьет на ночь. И меду дал.
Горячее молоко пила долго. Мед лизала недоверчиво. Наконец вернула посуду. Сказала что–то. Широко зевнула, не чинясь.
— Спи, — сказал Сигизмунд. И, усмехаясь, вышел.
* * *
Сигизмунд еще толком не проснулся, а ощущение чего–то очень неправильного уже глодало его. Что–то происходило не так. И еще не открывая глаз, он понял!
Буквально у него над ухом девка говорила по телефону.
Говорила на своем диком — гнусавом, растяжном, свистящем наречии. Бойко, не понижая голоса. На разные лады что–то повторяла. Собеседник, похоже, не очень–то ей верил, а девка убеждала, настаивала. Потом вдруг всхлипнула. Жалобно промолвила что–то. Видать, тяжкая доля резидента угнетала."
"Ярость охватила Сигизмунда. Злился на свою глупость, на доверчивость. На то, что поверил благолепию вчерашнего вечера. На то, что мудрого Федора не послушал. Предостережения Федора особенно жгли мозг. Раскаленным прямо–таки тавром.
Кому она сейчас изливается? Даже голоса не понизила! Ясное дело, ведь языка ее он не понимает. Ловки же мы прикидываться юродивыми!
Здравый смысл попытался пробиться сквозь пелену гнева. За чем тут девке шпионить? За производством и распространением кошачьих гальюнов «Восход» трех модификаций? За шашнями с секондхендом?
Сигизмунд медленно открыл глаза. Девка сидела за его столом. Левой рукой держала у уха трубку, правой поигрывала мышкой. Она собезьянничала позу Сигизмунда, его манеру говорить, даже привычку беспокойно трогать вещи во время разговора. На ней были свитер и джинсы. Была боса. Поджимала от холода пальцы ног.
Переговоры, похоже, постепенно заходили в тупик. Интонации у девки становились все более истеричными. Она долго слушала что–то, должно быть, неприятное. Бросила мышку, легонько коснулась кончиками пальцев клавиатуры. Еще один жест Сигизмунда.
Бандитов сюда вызывает, что ли? Да нет, больно сложная наводка. И брать–то в квартире нечего. Кроме лунницы. А лунница и без того девкина.
Разведка? Чья? Великого и Ужасного Государства Прибалтийского? А что, говорят, в каком–то там веке карелы Стокгольм сожгли. Крутые были парни.
Господи, что происходит? Георгий Победоносец, защитник Земли Русской, что, блин, происходит?!.
Так. Внезапно вскочить. Схватить. Связать. Вызвать Федора с шурином. Прозвонить. «Жучки» вынуть, душу вытрясти…
Сигизмунд взметнулся на диване, железной хваткой взял девку за запястье, отобрал трубку. Девка вякнула и съежилась на стуле.
