Автор
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Раздел Chitat.online для книги «Анахрон» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Беньковский Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сигизмунд, как дирижер, взмахнул ложкой и погрузил ее в горох. Лантхильда ждала. Отъел. Оказалось пресно. Встал, посолил. Отъел еще раз. А вкусно, понял вдруг Сигизмунд. Кивнул Лантхильде, промычал одобрительно.
Она рассиялась. Тоже ложкой двинула. И стали есть, черпая по очереди из латки, пока живот от сытости не надулся.
Поев, Сигизмунд неожиданно для себя шумно рыгнул. Смутился даже.
— Йаа… — удовлетворенно сказала девка. И тоже рыгнула.
Да. Багамские острова. Кокосы. Йаа…
Правду говорят, что уровень культуры определяется уровнем самого бескультурного человекоэлемента в системе.
А Сигизмунду вдруг понравилось быть самым бескультурным человекоэлементом в системе. Было в этом что–то… Сильное. Яростное. Исступленное. Можно, например, кулаком по столу стукнуть.
Взял и грохнул, аж ложка подпрыгнула. Лантхильда как–то испуганно засмеялась.
— Что? — ревущим голосом молвил Сигизмунд. — Охта? Боязно?
— Нии, — сказала девка.
Сигизмунд поковырял спичкой в зубах и капризно сказал:
— Лантхильда! Эклеров хочу!
Она молча моргала.
— Чаво–то хочу, а чаво — не знаю! Эх, Вавилу бы сюда, водки бы с ним, что ли, выпили…
— Нии, — сказала Лантхильда. — Вавила нэй…
— Сам знаю, что нэй, а все–таки…
Сигизмунд закурил. Кося на девку, медленно поднес руку к вытяжке. Включил. У Лантхильды на мгновение расширились зрачки, но с места не дернулась. Терпела, перемогая первобытный страх.
Сигизмунд выдохнул дым в сторону вытяжки. Похлопал Лантхильду по плечу.
— Ты, девка, это… нэй охта!
Он показал сигаретой на вытяжку.
— Йаа… — согласилась Лантхильда.
Кобель шумно выбрался из–под табуретки и разлегся посреди кухни. Молящий глаз на хозяина устремил — жрать хотел.
— Хири ут! — рявкнула на пса мстительная девка.
— Да ладно, ну его в задницу, — милостиво молвил Сигизмунд. — Пускай пожрет.
Лантхильда поджала губы. Мол, поступай, как знаешь.
Сигизмунд положил кобелю в миску гороха. Кобель, жлобясь и чавкая, принялся поглощать. Потом тоже рыгнул.
Выпили чаю. Побеседовали, как умели. Сигизмунд встал и тут же задел головой один из мешочков.
— Блин, понавесила!
Несколько секунд размышлял, не проявить ли деспотизм и не заставить ли девку все это снять. Потом просто отодвинул к стене.
…А готовить она умеет. Если учесть, что продуктов под рукой у нее почти и не было. Может, и не юродива вовсе, просто иностранка. Из иностранного таежного тупика.
* * *
Немного придя в себя от глинобитной гороховой сытости, Сигизмунд наконец вернул себе способность мыслить как оно и подобает человеку, честолюбиво метящему в мучительно нарождающийся «миддл–класс».
Во–первых, надо бы заставить Лантхильду все–таки вырубить ого. В экране бессмысленно и надрывно мололи языками одержимые страстью самцы и самки — шел сериал.
