Автор
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Раздел Chitat.online для книги «Анахрон» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Беньковский Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Городская сказка о столкновении реальности и фантазии. Виктор Беньковский создает пронзительный портрет современного мира, где обыденность переплетается с магией. Произведение, напоминающее классику, но наполненное теплотой и верой в добро.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Никифорович усмехнулся. А затем проговорил серьезно:
— Пойдемте, Стрыйковский. Сегодня самый важный день в вашей жизни.
* * *
Обремененный заграждениями Сигизмунд покорно тащился за Никифоровичем по каналу Грибоедова. Миновали несколько подворотен. Свернули в одну из них.
Оглядев двор, Никифорович вполне искренне выругался.
Снегоуборочные машины навалили в углу двора большую неопрятную кучу снега. По закону подлости, именно под ней и находился заветный люк.
Никифорович торжественно вручил Сигизмунду ломик.
— Давайте, Стрыйковский. Это где–то здесь.
Ощущая себя декабристом в Сибири, Сигизмунд продолбился к крышке люка. Та ответила гулко и глухо. «Так вот ты какой, самый важный день в моей жизни!»
— думал Сигизмунд, счищая наледь.
Никифорович установил ограждения, кивнул на люк.
— Поднимайте.
В арку вошла тетка с сумками. Сигизмунд поддел крышку ломиком. С пятой попытки крышка поддалась. Никифорович, искоса глянув на тетку, деловито заматерился. Тетка миновала «работяг», поджав губы, и скрылась в подъезде.
— Спускайтесь первый, — велел Никифорович. И видя, что Сигизмунд нерешительно топчется на месте, прикрикнул: — Да не бойтесь вы!
— Да кто, бля, боится–то? — сказал Сигизмунд и бойко прибавил матерную фразу.
Спустился. Корсук — следом. В свои годы Федор Никифорович лазил на удивление ловко.
Они оказались в помещении примерно два на два метра со стенами, выложенными кирпичом. Кирпич заиндевел. Сигизмунд задрал голову. В круглом проеме на фоне вечереющего неба мотались под ветром голые ветки деревьев.
Никифорович вытащил из кармана фонарик и посветил в самый темный угол, куда не доставал свет из люка.
— Встаньте туда.
— Куда?
Никифорович повел лучом фонарика.
— Вон туда. На ту плиту.
Старик прижался к стене, чтобы Сигизмунд мог протиснуться мимо него. Луч поднялся по кирпичной кладке.
— Видите третий кирпич от потолка? Со щербиной?
— Вижу.
— Упритесь в него рукой. Сильнее! Толкайте! Ногой на плиту, рукой в кирпич!
— Поддается, — сказал Сигизмунд.
— Теперь быстро отойдите.
Сигизмунд отскочил назад. Часть кладки повернулась вокруг вертикальной оси, открыв зияющее чрево подземного хода.
— Чего встали? Идите туда, быстро. Держите фонарик. Будете светить.
Они ступили в ход. Никифорович показал, как закрывается дверь с обратной стороны. Закрывалась незамысловато — железным рычагом, уходившим в стену.
— Хитрая механика, — с уважением сказал Сигизмунд."
"— Примитивная механика, — возразил Федор Никифорович. — Зато безотказная.
Дверь наглухо закрылась за их спиной. У Сигизмунда мурашки пробежали между лопаток.
— Идите смело, — подбодрил его старик. — Под ногами все ровно, бетон. Не споткнетесь. Привыкайте. Теперь это ваше.
