Автор
Кобель, словно настроенная машинка, бежал к мусорным бакам — непосредственно сквозь забор, перегруженный сеточкой, через двор, где детский садик выглядит как рай в череде обычных улиц. Сигизмунд (имя характера) отвернулся от этого оазиса и продолжил свой путь.
Землянка, таежный тупик, звероподобные родственники… Много лет шла благая весть о «Сайгоне» по миру, пока не добралась до таежного тупика. Бежала оттуда наша Маша, себя не помня, в одной только рубашоночке. Брела, скорбная, лесами–полями, городами–весями, пока не добралась до Питера, а там глянь — «Сайгона» — то и нет, одни унитазы из витрины пялятся… Вот и поехала окончательно крыша у болезной…
— Бедная ты моя, — с чувством произнес Сигизмунд.
В этот момент кран глубоко–глубоко вздохнул, подавился и с блевотным звуком разразился бурными потоками.
Девка сильно подергала Сигизмунда за рукав. Показала на кран. А будто он сам не видел.
Сигизмунд выждал минутку. Вода шла уверенно, мощно. Дали–таки, уроды, воду.
Омыли кобеля, брата меньшого. Затем пиплицу. Ее Сигизмунд еще и дорогим шампунем полил. Желал, чтоб от девки пахло приятно.
Потом и о себе позаботился. Были там вши, не было их — теперь уж не заведутся.
Сразу на душе полегчало.
Выдал девке расческу, а сам пошел волосы сушить.
Девка нелепая выбралась было из ванной, но стоило включить фен, как в страхе метнулась обратно. Сигизмунд подергал дверь. Девка держала с той стороны.
— Волосья–то высуши! Простынешь мокрая.
Но девка крепко вцепилась в дверь и не открывала."
"Сигизмунд плюнул, выключил фен и убрал его.
Девка выждала еще и только спустя минут десять опасливо выбралась из ванной. Глаза отводила.
Она сразу повеселела. Патлами затрясла.
Сигизмунд вспомнил молодость и сказал:
— Классный хайр.
Она насторожилась, замерла, будто прислушиваясь. Голову набок склонила.
— Что? — засмеялся, наконец, Сигизмунд. — Хайр, говорю, классный.
И на ее волосы показал.
Она покачала пальцем и проговорила:
— Хаздс… хаздс!
Взяла пальцами прядь длинных волос и повторила в третий раз:
— Хаздс!
Будто поправить его хотела.
— Хаздс! — старательно повторил лох–сигизмунд, подражая девкиному гортанному выговору, и тоже подергал себя за волосы.
Но девка снова покачала головой.
— Нии! — Тронула его за волосы. — Скофта!
И взаимопонимание, вспыхнувшее на миг, рассыпалось. Мир девкиных представлений показался Сигизмунду чрезмерно дремучим.
