Автор
Я трепещу перед неизвестностью этого нового шага. Молчание затягивается и накрывает нас тонкой паутиной воздуха, пока я сижу, прямясь и стараясь держаться как можно более спокойно. Отец беззвучно наблюдает за нами, будто ожидая идеального момента для выхода.
Парень нежно погладил, а потом с силой обхватил мои бедра своими руками, удерживая меня, а потом неожиданно нажал своим твердым членом на мой анус, который, как мне показалось, машинально открылся навстречу движениям Олега. Короткими толчками пенис начал протискиваться в мою попку, но я все равно дрожала в предвкушении боли. Я не смогла сдержать себя и вскрикнула, а Олег, протянув руку, легонько зажал мой рот своей ладонью.
Он удерживал меня второй рукой за бедро и регулируя положение моего тела, медленно делал поступательные движения, все более погружаясь внутрь меня.
– Расслабься, ты сама себе причиняешь боль своими сопротивлениями, – тихо пробормотал мой любовник, медленно погружаясь все глубже и глубже в мой задний проход.
Но мой анус продолжал отчаянно сжиматься, препятствуя проникновению, поэтому поведение Олега изменилось, и он стал вставлять член рукой, а другой раздвигал мои ягодицы, чтобы видеть, как разворачивается ситуация позади меня."
"Твердый, пульсирующий пенис все так же медленно, но верно проникал в мою ноющую дырочку, раздвигая нежную кожу и вкручиваясь внутрь, словно огромный болт.
– Я еще раз прошу тебя расслабиться, ты делаешь больно и мне, и себе, – глухо простонал Олег, и только этот факт заставил меня, стиснув зубы, взять себя в руки и максимально расслабить мышцы ануса.
Боль немного отступила, и член Олега теперь с большей уверенностью вползал в меня, погрузившись, наконец, на полную глубину. Я поняла это, как только его мошонка коснулась моих ягодиц.
Я прикрыла глаза и только тогда почувствовала на своем лобке мужскую руку. Она блуждала, шевеля лобковые волосы и тычась в вагину, словно слепой котенок.
Мои внутренности распирало от огромного напряженного члена, находящегося сейчас в моем кишечнике, а растянутый анус нестерпимо болел острой, пульсирующей болью.
Олег продолжал пытаться приласкать мою мокрую промежность, но делал это неумело, поэтому никаких приятных ощущений от движений его руки я не испытывала. Я старалась привыкнуть к новым, таки необычным ощущениям, о существовании которых забыла за те дни, что мы с Олегом не встречались.
