Настя отпускает ребёнка и прислоняет его к стене, сосредоточившись на успокоении двух дочек — старшей девочки и маленького младенца. Разговоры по поводу бабушки и политиков прибавляют веселья, но спать так не хочется. Настя знает, что Глаша требует бесконечных рассказов перед сном, а это значит — еще один час без глубокого покоя....
Даже потряхивать стало порядком, что ей совершенно не нравилось.
Когда за ними закрылась дверь, и вовсе ощутила себя загнанной в клетку.
– Глаш, прыгай ко мне сюда, – похлопал Зубарев по колену. – Будем как раньше сидеть.
– А у тебя ноги же теперь чувствуют? – уточнила Аглая.
– Есть такое дело. Не так хорошо, как хотелось бы, но…
– А я не тяжёлая для тебя?
Саша усмехнулся и снова похлопал по колену.
– Ты как пушинка у меня.
Аглая забралась на колени к отцу, Настя присела на край постели.
"– Мы вот зачем тебя сюда позвали, – начала она издалека чуть охрипшим голосом.
– Тебе же нравится меня папой называть? – Саша посерьёзнел и чуть повернул Аглаю так, чтобы смотреть на её профиль.
– Нравится, – кивнула она.
– А если бы я был твоим настоящим папой, ты бы обрадовалась?
Глаша мгновенно нахмурилась. Настя крепче сжала руки в кулаки, с такой силой, что в ладони впились ногти.
– Ты же и так мой папа.
– Представляешь… а мы узнали, что я и есть твой папа. И всегда им был.
Зубарев улыбнулся, а вот Глаша ещё больше насупилась. Что же сейчас происходило в её голове? Настя бы многое отдала, чтобы узнать это доподлинно.
– Нет, у меня же есть другой папа.
– Да, ты права. И мы тоже думали всё это время, что именно он настоящий. А оказалось, нет. Помнишь, у тебя анализы брали недавно? – снова вступила Настя.
– Про которые никому нельзя было говорить?
– Да.
Возникла пауза. Глаша сидела, глядя перед собой, и только по упрямо сжатым губам было понятно, что она всё переваривает в себе. Настя хотела сказать хоть что-то, но Саша, заметив это, вскинул ладонь, давая понять, чтобы она молчала.
– Это вы придумали, чтобы я больше папу не слушала из-за его болезни, да? – наконец подала голос Аглая, и Настя едва не застонала.
– Нет. Конечно, нет, – поспешил заверить её Саша.
– А можно так сделать, чтобы у меня было два папы?
Настя видела, что на скулах мужа проступают желваки. И могла его понять. Но верила, что он ответит так, как нужно.
– Давай мы пока просто попробуем друг к другу привыкнуть по-настоящему, как папа и дочь, а потом вернёмся к этому вопросу, идёт?
– Идёт, – кивнула Глаша. – И два папы ведь лучше, чем один.
