Автор
В мрачных улочках маленькой российской деревушки, где лишь один знак запрещает проезжать, жизнь каждого теперь зависела от нервной тренировки водителей. Но вдруг вам приходится делать выбор между собственной безопасностью и жизнью другого человека — это история о роковых поворотах на дорогах, где каждое действие может разнести мир вдребезги....
И я, поверив отцу, отправился учиться на писателя, но я определенно обладаю талантом артиста и сейчас легко докажу это.
Глубоко вздохнув, я решительно шагнул к обладательнице белых ботфортов с золотыми каблуками.
Глава 22
Перед тем как начать импровизацию, я машинально окинул глазами стол. В двух помятых алюминиевых мисках лежал салат «Оливье» самого жуткого вида, на газетке распотрошенная вобла, полупустая бутылка из-под пива российского производства. Кружки, в которые, похоже, налита самогонка, куски черного хлеба, головка чеснока…
– Тебе чего? – спросил Жорж.
Лица актера не было видно, сизый дым закрывал физиономии и плечи присутствующих, а вот столики и ноги были хорошо различимы.
– Заткнись, – рявкнул я, – молчи, пока жив, морковка!
Не успев упомянуть корнеплод, я сообразил, что перепутал овощи, и живо поправился:
– То есть редиска!
Жорж вполне натурально ойкнул, а Мамзель визгливо заверещала:
– Вау, обожаю «Каторгу», каждый раз новый прикол!
– Сегодня это не прикол, – рявкнул я.
– С Костей, – ответила Мамзель.
– Какое право ты имеешь с ним разгуливать?
– Но…
– Я возмущен!
– Простите…
– Изменщица!!!
– Я… – попыталась ответить Мамзель, очень убедительно изображая изумление.
– Офигеть! – вклинился в диалог Жорж. – Ты, ваще, кто?
И тут я вжился в роль хулигана целиком и полностью, я поймал волну, оседлал ее и понесся на гребне ударившего в голову адреналина.
"– Здесь задаю вопросы я! Вывез девушку из провинции, отмыл, откормил, одел, обул, а она теперь с другими по ресторациям шляется, – прошипел я и, вспомнив о полученных от Ильи указаниях, схватил миску с салатом и вытряхнул ее на колени Мамзель, потом сцапал бутылку с самогоном и выплеснул содержимое на Жоржа.
Парочка завизжала, Жорж вскочил и ринулся на меня, я выставил вперед сжатые кулаки, попал во что-то мягкое, податливое, сильно ушиб большие пальцы и услышал звук глухого удара.
В зале зашумели, присутствующие явно обрадовались драке. Мамзель засучила ботфортами и завизжала фистулой:
– Помогите, охрана!
Из тумана материализовалось двое парней в грязных лохмотьях, я слегка удивился, о секьюрити в сценарии не было ни слова, но поскольку спектакль шел без репетиций, возможны накладки, перестраиваться придется на ходу.
