Автор
В мрачных улочках маленькой российской деревушки, где лишь один знак запрещает проезжать, жизнь каждого теперь зависела от нервной тренировки водителей. Но вдруг вам приходится делать выбор между собственной безопасностью и жизнью другого человека — это история о роковых поворотах на дорогах, где каждое действие может разнести мир вдребезги....
«Вложив в раскрутку Мамзели три миллиона долларов, Иван Павлович застал ее с другим», «Олигарх крушит „Каторгу“», «Будет ли Мамзель петь дальше или она лишится спонсора?», «К Ивану Павловичу стоит очередь из безвестных певичек».
Я прислонился к стене.
– Вот здесь, – тыкала старуха пальцем в фото.
Я машинально начал подписывать снимки. Совсем забыл про дурацкий постановочный скандал в «Каторге», а Митяев, оказывается, своего не упускает, ему деньги Илья Скунс заплатил. Впрочем, фамилия продюсера Сунс. Нет! Он скунс! А я идиот, согласившийся поучаствовать в идиотском спектакле.
Дверь мне открыла сама маменька, в руках она держала «Час пик». Вот уж и предположить не мог, что Николетта читает это бульварное издание.
– Вава! – взвыла родительница. – Как ты мог!
Я сделал шаг назад, мысленно прощаясь с жизнью, Николетта крайне озабочена своим реноме, она боится потерять звание первой светской дамы России и сейчас накажет поставившего ее в идиотское положение сына по полной программе.
– Мне звонят все! – звенящим голосом закричала маменька. – Люка, Зюка, Мака, Кока, Ника, Дакки, Пусик… Ах, Вава! Корреспонденты оборвали телефон!
Я зажмурился, все, вот он, конец, в принципе, не такой уж и плохой жизни.
– А я ничего не знаю! – заорала Николетта.
– Прости, я не хотел позора и… – прошептал я.
– Вава – олигарх! – запрыгала маменька. – Так у тебя есть миллионы, мой котик, сыночек любимый!
Я разинул рот.
– Наклонись, я тебя поцелую, – пела Николетта.
Я машинально повиновался приказу, маменька облобызала меня и затарахтела:"
"– Можешь привезти Мамзель ко мне на суарэ? Завтра! В семь! Позову всех! Вот она, слава! Ванечка, не спи, ответь мамочке.
– Ты не сердишься? – промямлил я.
Николетта заморгала сильно намазанными ресницами.
– За что?
– Ну, – начал я крутить руками, – желтая пресса, драка… певичка…
– Ах, Вава, – мечтательно протянула маменька, – я всегда знала, что доживу до того момента, когда ко мне придут журналисты с вопросом: «Как вам удалось воспитать знаменитого сына?» О тебе пишут в газетах! Фото! У Коки случился сердечный приступ от зависти! Она сколько ни пыталась, никто из журналюг ни ее дочерью, ни зятем не заинтересовался! Только за большие деньги ей удалось крошечную заметульку организовать, ну когда Кокины родственники лишились сумки.
