Автор
В темном бальный зале величественного флорентийского замка сквозь толпу светских львиц таился одинокий образ. Ева чувствовала себя крошкой в гигантском ящике, из которого ей нельзя было выбраться — ни от страха перед высоким чином, ни от соблазна горячего шепота льстивых ухажеров. Английский чай, как манящий парализующий сон, словно обволакивал каждую мысль, делая их неуверенными и путанными....
— Так ты напишешь статью, да? Крайний срок сдачи — через неделю, начиная со среды.
— Я не могу.
— Ева, ты должна! — Лу чуть не подавилась своим латте. — Это отличная возможность подзаработать денег на рождение малыша и помочь женщинам, которые оказались в подобной ситуации. Хорошо, забудь о позитивных сторонах. Говори о трудностях. Как ты переживала, что твое несчастье отразится на ребенке. Как размышляла, что сказать малышу о его отце, когда он подрастет.
— Прости, Лу. Я, правда, не могу. Я получила уведомление в суд над Люкой ди Лазаро.
— О господи! Ты должна была сказать мне.
— Там еще не уверены, потребуются ли мои показания. Но прокурор хочет, чтобы я была во Флоренции. На всякий случай.
— Ты будешь давать показания из-за Элли?
Ева пожала плечами, рисуя кончиком ложки звездочки из пролитого чая.
— Не знаю. Я послала во Флоренцию фото Элли, которые она присылала вместе с письмами, чтобы судья мог сравнить их с ужасными снимками, найденными в квартире Люки. Но от меня могут потребоваться показания о том, что случилось по возвращении из Венеции.
— О, нет, Ева… ты не можешь снова пройти через все это. Только не в твоем положении! Там знают, что ты беременна?
— Нет, но какая разница? Я должна сделать это ради Элли. Люка не причинил мне никакого вреда. Когда он попытался, я просто позвала стюарда.
— Да, но ты вернулась домой совершенно разбитой.
— Знаю, знаю, но это не из-за Люки. Он всего лишь предложил мне дорожку кокаина.
— Господи, Ева, ты говоришь о наркотике, как о чашке чая!
— Нет. То есть я была в шоке и все такое, и агрессия Люки после моего отказа напугала меня, но там был Нико, стюард, и я чувствовала себя в безопасности. Я была в ужасе, когда Люка сказал, что знал Элли. Я сразу поняла, что это он был ее поставщиком, но… Я была разбита не поэтому.
— А он тоже будет в суде?
— Кто?
— А ты как думаешь? Рафаэль, конечно, кто же еще!
— Не знаю. — Ева не осмелилась спросить об этом у Марко. — Надеюсь, что нет.
— А я надеюсь, что он придет, и эта его подружка поймет, какой Рафаэль ди Лазаро мерзавец! Соблазняет молоденьких девочек, оставляет их беременными и исчезает, не сказав ни слова.
— Он же звонил в журнал…
— Да. Здорово! — с сарказмом отозвалась Лу. — Что он там сказал? Передайте ей мои извинения. Она поймет. И запишите для нее мой номер. Ромео, тоже мне. Как будто ты собиралась звонить ему после такого.
— Не надо… — прошептала Ева.
— Ну честно! Она поймет.
