В темном Волчьем лесу под звуки старинных песен скрываются призраки лета. Анна шагает по мутным тропам к самой глуши, где за каждой пугающей изгибаючейся ветвью таится смертельная опасность. Вечером луна покроет Ривертор, и лишь в этих пределах Анна может найти то спокойствия, чего так не хватает всему миру....
Хотя одежда его, надо сказать, знала лучшие дни – вышивка обтрепалась, бархат вытерся, дорожный костюм заштопан в трёх местах, и не слишком аккуратно, не иначе охранники кинжалами штопали, – хихикала мачехина камеристка Дженет. Не слишком богатый гость, в общем, Бесс зря на подарок надеялась, вряд ли ей что-то досталось.
Эти разговоры огорчали. И вид гостя тоже огорчал. С чего бы это отцу выдавать её за такого? Денег негусто, сам тоже не блестящ, и даже не молод, и вот с таким – в постель? Такому – детей рожать? Впервые Анна задумалась о замужестве как о чём-то нежеланном и неприятном.
Джейн-то вышла замуж за пригожего соседского сына, и у Фрэнсис муж тоже молод и привлекателен. Оба отлично ездили верхом, неплохо фехтовали, Уильям ещё и ножи метал. И танцевали неплохо, и петь умели. А этот…
Оказалось, что в свите лорда Уолтера прибыл музыкант, звали его Томми-менестрель. Он уже устраивался на лавке со своей лютней, крутил колки, подстраивал струны. В любой другой вечер, не в сегодняшний, Анна бы первая подскочила к этому менестрелю и стала выспрашивать – какие песни он знает, какую танцевальную музыку играет, не нужно ли подыграть.
Песня была ей незнакома – что-то о дороге и путниках. Сидящая рядом Нэнси шепнула, что не завидует тем, кто проводит в эту ночь в дороге – это ж надо совсем ума лишиться, чтобы выйти за стены, мало ли, что там? Анна была с ней полностью согласна – чтобы бродить по лесу ли, по дороге в ночь Самайна, нужно быть изрядно безголовым.
"И тут челядь за столом зашумела и на разные голоса стали просить песен о чудесах, о небывалом, о странном и несбывшемся. Музыкант улыбнулся, сказал, что есть у него несколько таких песен, только чудеса там такие, что, может быть, кому-то чудесами и не покажутся, но это пусть каждый сам решит. Взял аккорд и запел.
Он пел – словно рассказывал истории. Раскрывались холмы, оттуда выходил Добрый Народец – по делам или по прихоти, иногда они просто показывались людям и исчезали, иногда необратимо меняли ход человеческих судеб.
Аккорд растаял в воздухе… и все услышали громкий храп – это лорд Уолтер уснул носом в тарелке. Благо, в чистой – он уже успел её вылизать и нахваливал при этом подливку кухарки Мэри.
