Анальет. Книга 4 - Князь II: Москва в этой повести выглядит суровой зимой, где свинцовые тучи снегопад превращаются в небольшую пургу, делая обычный поездку на перрон вокзала настоящим испытанием для духа. Погода лишь подчеркивает атмосферу напряженности и мрачности повествования....
— У вас есть какие-то вопросы и сомнения? — правильно поняв мой задумчивый вид, поинтересовался Пётр."
"— Есть. Зачем это нужно вам и вашей семье, я уже понял, но Самохин так до конца и не смог меня убедить, зачем это нужно мне! Безусловно, я понимаю пользу наличия в роду подобной должности, но не думал так быстро брать на неё незнакомого мне человека, — Пётр был явно готов к подобному вопросу и сразу достал из кармана блокнот.
— Если позволите, я провёл небольшой анализ вашего рода. Использовал только общедоступные сведения, — сказал он, глядя мне в глаза, после чего открыл блокнот.
— Это всё я и так знаю, — поторопил его я.
— Тогда перейдём к возможным проблемам. Вы перешли дорогу Трубецким, забрав земли, которые они считали своими.
— Будем считать, этот этап мы уже прошли, — поделился я с ним информацией.
— Замечательно, — Павел облегчённо выдохнул, — получается, вы отбились. Трубецкой труслив и второй раз в открытую нападать не решится, так же, как и объявлять войну родов. Вы, всё-таки, теперь князь.
После моего молчаливого кивка он продолжил:
— Заплатят по нижней границе. Но на этом не остановятся. Перейдут в экономическую плоскость. Уверен, в ближайшее время в производимом вами креме найдут что-нибудь вредное. Трубецкой имеет обширные связи в Москве. Ему не составит труда подпортить репутацию вашей продукции. На вашем месте я бы предупредил своих дистрибьюторов. На оздоровительный центр Трубецкой, скорее всего, не сможет надавить.
— Зачем ему надо продолжать со мной воевать? Землю он всё равно вернуть не сможет!
— Дворянская спесь, — развёл руками Пётр. В принципе, он был прав, и мотивы Трубецких мне были понятны, хоть я и не одобрял подобных методов. Я забрал у него землю. Пусть род ею не мог пользоваться последние сто лет, но, думаю, не оставлял надежды решить эту проблему. Как бы то ни было, земли Трубецкие считали своими.
