Анальет. Книга 4 - Князь II: Москва в этой повести выглядит суровой зимой, где свинцовые тучи снегопад превращаются в небольшую пургу, делая обычный поездку на перрон вокзала настоящим испытанием для духа. Погода лишь подчеркивает атмосферу напряженности и мрачности повествования....
Зубы стиснуты, на лбу выступили бисеринки пота.
— Немного осталось, — сказал я, дойдя до развалившегося каменного забора, — можете вернуться.
— Нет, — сквозь зубы простонал Араслан и первым перевалился через камни.
Магический фон здесь был слишком тяжёлым, он как будто с силой давил на плечи, пригибая к земле. В таком фоне не могли обитать даже местные изменённые звери. Из информации, которую я почерпнул от Никанора и Араслана, это означает, что и разумных тут нет. Они-то как раз умеют местную магию преобразовывать, ослабляя тем самым нагрузку.
Я поставил себе цель — дойти до центральной точки прорыва и попробовать что-нибудь с ним сделать. Включил на мгновение кольцо истинного света, но на этот раз купол захватил слишком маленькую область и оказался очень тусклым. Кольцо начало со страшной силой пожирать мою энергию. Практически сразу погасил его, но даже это мне дало небольшую передышку, и я сделал следующий шаг. За ним ещё один. Двигаться вперёд, отключив сознание и стиснув зубы, я умел.
Шаг за шагом я приближался к центру небольшой площади перед одноэтажным каменным зданием, поросшим мхом.
На площади моё внимание привлекла крупная воронка, висевшая в воздухе. Она была заметна только магическим зрением. Я видел, как в неё тянутся нити энергии от каждого из нас. Остановившись метрах в пяти, я услышал за спиной сдавленное ругательство:
— Твою мать! — успел выругаться Араслан и рухнул на снег без сознания.
Рядом со мной с перекошенным покрасневшим лицом остановился Павел Богданов.
— Дошли? — хрипло произнёс он, крутя головой. Богданов не имел магического зрения, хотя и был «мастером». Точнее, мог его применить если бы очень постарался, но тратить сейчас магию было глупо.
— Да. Стой тут. Что ты чувствуешь? — поинтересовался я, разглядывая воронку. Она была тёмно-серого, какого-то грязного цвета."
"— Не знаю, — Павел попытался пожать плечами, но бросил эту затею, — от области перед тобой исходит страх.
— Там воронка. Если использовать общепринятую терминологию — точка прорыва.
Я обошёл её по кругу. Затем, решившись, сделал пару шагов и стоял теперь на расстоянии примерно метра. Надо что-то делать. Первым делом попробовал пропустить свою магию через кольцо истинного света и направить эту энергию в прорыв.
