Взрослый мужчина переселяется в молодое тело дворянина в магическом мире. Перед ним встают непростые задачи: овладеть магией, обеспечить своё существование и разобраться в сложной политической обстановке. Его опыт и знания станут ключом к выживанию и преуспеванию в новой реальности.
Раздел Chitat.online для книги «Аннулет. Книга 4 – Князь II» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взрослый мужчина переселяется в молодое тело дворянина в магическом мире. Перед ним встают непростые задачи: овладеть магией, обеспечить своё существование и разобраться в сложной политической обстановке. Его опыт и знания станут ключом к выживанию и преуспеванию в новой реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взрослый мужчина переселяется в молодое тело дворянина в магическом мире. Перед ним встают непростые задачи: овладеть магией, обеспечить своё существование и разобраться в сложной политической обстановке. Его опыт и знания станут ключом к выживанию и преуспеванию в новой реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Я-то да… — протянул я, разом вспомнив про своих охранников и дядю Сашу. Надо как-то сообщить Илье эту новость.
— Я в тебе не сомневался, — раздалось в трубке, — мы в Хадыженске, у Нино. Она дядю Сашу латает. Тебе помощь нужна?
В голове моей пролетел целый рой мыслей. Самохин выжил? Как он оказался у Нино? При чём здесь вообще Березин?
— Не понял… — выдал я в итоге.
— Да… — замялся Илья, — мне что-то с утра неспокойно было, и я решил поехать за вами. На всякий случай. Ну, вот так и получилось… Куда ты делся, я не знал. Но дядю Сашу спасти удалось. Охранники твои тоже более-менее в норме. Сдал их в больницу. Там несколько переломов. Место неудобное, еле удалось их вытащить. Джип на помойку, зато твой «мазератти» почти не пострадал.
— Понятно. Еду к вам!
В принципе, картина прояснилась. Березин то ли за Сан Саныча переживал, то ли почувствовал что-то и решил ехать в Хадыженск. Приехал на место боя, когда меня уже увезли. Джип с охранной сорвался с невысокого обрыва, и лезть добивать охранников смысла не было. А вот то, что Самохин выжил, очень радовало."
"Мне пришлось полчаса покружить, пока телефон не поймал на карте моё местоположение. Построив маршрут, я отправился в свою «берлогу» — зализывать раны.
Добравшись до дома, первым делом приказал принести ужин на четверых, а сам отправился в душ. Долго отмокал под струями воды, наслаждаясь тишиной и покоем, старательно отгоняя воспоминания о произошедшем. Всё-таки, хоть моя психика и пластична, но убийство трех человек оставляет свой след. Сейчас я понимаю, что действовал в состоянии аффекта, под воздействием огненной магии у меня в крови. В обычном своём состоянии я не был бы способен на подобные подвиги. Утешало одно — у меня не было выбора. Всё предельно просто: либо я, либо меня.
Я не тешил себя иллюзиями, что меня бы попугали и оставили в живых. Нет. Этот Кутыев был твёрдо намерен меня убить. Да и повод он имел более чем весомый. Я лишил его рода и магии. Фактически, заставил пуститься в бега. Ещё неизвестно, что об этом знает его сын. Не хотелось бы получить кровника. А ведь так и получится. Вряд ли произошедшее удастся сохранить в тайне. Точнее, официально, думаю, никто особо разбираться не будет. Но вот если Михаил Кутыев приложит определённые усилия и выйдет на Трубецких, те точно не станут держать язык за зубами. А, скорее всего, ещё и помогут. Снова дадут людей и денег. Ведь, если бы меня убил Кутыев, с них-то взятки гладки. Какие к ним претензии?
Получается, моя смерть развязывает руки Трубецким. Земли я освободил, бумаги до конца ещё не оформлены, и им достаточно просто заселиться обратно. Это же родовые земли, владение которыми не так-то просто аннулировать. Никанор предупреждал, что бумажная волокита предстоит знатная.
