Въехав в Мариуполь, мы оказались среди ярких огней старого города и чарующей природы окрестностей. Стоило только выйти из машины, как дверь особняка с тщательно убранной территорией распахнулась, открыв радушный прием гостей для нашу парочку. За спиной хозяина стоял известный адвокат Пётр Корсаков, ждущий продолжения истории....
Немного подумав, я предложил охраннику на Новый год отправиться домой, к родным. Николай с радостью согласился на моё предложение и, немного стесняясь, попросил автограф для дочки. Здесь же, в торговом центре, мы купили плакат с моим изображением, который я сразу подписал. Потом задумался: откуда здесь плакаты и открытки с Нео? Кто-то на мне зарабатывает деньги? Пришлось звонить Арсену. Тот успокоил, сообщив, что деньги идут моему лейблу. Договор не заключается, просто авторские отчисления. Часть лейблу, часть мне и часть фотографу.
Затарившись подарками, я вернулся домой — и тут же раздался звонок от Никанора.
— Были проблемы в прорыве? — суровым голосом поинтересовался он скорее утвердительным тоном. — Приезжай, расскажешь подробности. И подготовь для ИСБ детальный доклад. Если не хочешь лично встречаться с Курбатовым, я передам.
Встреча с Никанором прошла достаточно буднично. Рассказал о посещении прорыва. Как шли, с кем сражались.
По дороге из Мариуполя было время поразмышлять на эту тему, и я пришёл к выводу, что это из-за меня. Где-то ТАМ заметили, что за месяц закрылось сразу два прорыва, и отправили разведку. Непонятно только, как вычислили место. Прорывов в стране больше сотни, и я очень сомневаюсь, что в каждом кто-то сидел и ждал именно меня.
— Благодарю за сотрудничество, — Никанор поднялся меня проводить, — всю информацию я передам братству. Мой тебе совет: не бери заказы на прорывы без разведки.
— Да я и сам пришёл к подобным выводам. Только как проводить разведку?
— Есть специальные артефакты, которые замеряют уровень прорыва. Братство готово предоставить один из них тебе. Пользоваться несложно, я научу.
— Благодарю, — я пожал Никанору на прощанье руку и вышел за дверь.
