Автор
Представьте себе мир, где каждая вещь может стать ключом к загадочному аномальному аспекту реальности. Когда обычное становится удивительным, и жизнь бабушки внезапно меняется, как нажатие кнопки на дешевой электронной детской игрушке. Встреча с этой необъяснимой силой заставляет тебя задуматься о том, что может скрываться за обычным....
Только из-за того, что земля мокрая, у него не получается полностью избежать падения. А вот сделать так, чтобы не уронить меня и не ударить лицом в грязь, а самому поклониться земле, оказавшись на коленях – да. И не только это. Перевожу взгляд на разъехавшееся на груди платье.
– Я неспециально. Честно!
– Да, блин, лучше бы были сугробы. Это знак, что нам надо валить домой и наконец-то уединиться."
"– Да прям щас. У меня есть второе, не менее красивое платье и запасной костюм для тебя. Так что не отмажешься, дорогой муж.
ЭПИЛОГ
Два года и еще чуть-чуть спустя:)
Вылетаю из палаты словно ошпаренная кипятком. Сжав до боли руки в кулаки, прохожу мимо поста под любопытным взглядом постовой медсестры. Еще бы он не был у нее таким. Я сама не припомню, когда давала волю эмоциям на людях, не то, что на работе. А тут иду со слезами на глазах.
Захожу в некогда излюбленное место для курящих, ибо спрятаться больше негде, и от души даю волю слезам. Сама не понимаю отчего так бурно реагирую на какую-то дрянь. Тем более вижу ее не в первый раз и знаю какой она пациент.
Никогда не мечтала стать домашней клушей, на которой ездят все, кто только может, но сейчас я позорно хочу оказаться дома. В кровати, под теплым одеялом с тонной вкусняшек. Украсить елку и не только. Хочу засесть дома надолго. Очень-очень надолго.
В принципе я с легкостью договорюсь и получу больничный. Но стыдно перед собой. Я столько всего прошла и теперь при каких-то неудачах вот так позорно сольюсь, придумав несуществующую болезнь?
– Что случилось? – вздрагиваю от хорошо знакомого голоса.
– Ничего, – после продолжительной паузы наконец выдаю я.
– И поэтому ты слезы льешь?
– А я лью?
– Что случилось? – повторно заданный вопрос раздражает еще больше. Чувствую себя несмышлёным ребенком, который хочет пожаловаться родителям на плохую девочку в песочнице.
– Ничего. Я что не могу поддаться действию гормонов и немного поэмоционировать?
– Не уверен, что есть такое слово. Мне еще раз повторить свой вопрос?
– Ничего не случилось. Точнее ничего такого, из-за чего можно так реагировать. А я реагирую, ясно?
– И что это?
– Дрянь из ВИП палаты. Я выбила ей эту идиотскую палату всеми силами, а она не то что не довольна, она мне весь мозг проела несуществующими претензиями.
