Автор
Представьте себе мир, где каждая вещь может стать ключом к загадочному аномальному аспекту реальности. Когда обычное становится удивительным, и жизнь бабушки внезапно меняется, как нажатие кнопки на дешевой электронной детской игрушке. Встреча с этой необъяснимой силой заставляет тебя задуматься о том, что может скрываться за обычным....
Даже несмотря на то, что большую часть мне придется отдать Потапову за тюкнутую машину. И вроде бы мне должно быть плевать, пусть сдает меня ментам, раз мою тачку уже не вернуть. Но это дело принципа – денежной должницей я ему быть не хочу.
Хватит и того, что я ему должна за то, что он меня здесь не бросил умирать и не связался с родителями. Последнее особенно огорчает. Теперь он знает в каком уязвимом положении я нахожусь. И это не может не портить настроение. Равно как и то, что денег на банальную эпиляцию уже не будет.
И как будто специально, поле очередного движения станка в моей руке, у меня начинает кровоточить коленка.
– Да чтоб тебя!
Кто вообще придумал брить ноги этой дрянью? Откидываю станок в сторону и принимаюсь мыть голову.
Душ, к счастью, меня расслабляет. Когда я выхожу из ванной и окунаюсь в привычные для себя хлопоты о собственном теле, настроение вновь поднимается. Тщательно наношу лосьон на ноги и только хочу снять с себя полотенце, как слышу:
– Внимательность и наблюдательность – одни из самых важных качеств врача.
– Твою мать! – вскрикиваю, когда понимаю, что в углу гостиной на кресле сидит Потапов. Придурок!
– В таком случае, вашу мать.
Ну точно аномальный! Это же надо припереться ко мне втихушку на ночь глядя. Запахиваю полотенце сильнее и перевожу взгляд на Потапова.
– Вы приперлись ко мне на ночь глядя, чтобы спросить о моем самочувствии?
– Нет.
– Вы, наверное, от меня заразились. Вам бы прилечь, Сергей Александрович. Давайте я вам измеряю температуру?
– От того, как ты ее расшифруешь, зависит очень многое, – как ни в чем не бывало произносит он. – Точнее все.
– Вас не смущает, что я в полотенце?
– Меня нет, – отходит в сторону и садится в кресло.
Открываю первую попавшуюся пленку и хочется смеяться от того, какую фигню он мне подсовывает. Ясельная группа. Листаю следующую. Ну это уже куда ни шло. Хотя тоже из старшей группы детского сада.
– Я сказал одну. Первую попавшуюся, а не искать то, что ты знаешь.
– Да я все…, – замолкаю, смотря на хмурого Потапова. И тут до меня доходит. Ну хочется дядечке почувствовать себя крутым на фоне тупой меня.
