Когда его голос касается моего затылка, он звучит мягче, чем раньше.
— Черт возьми, Аврора. Мне нравится, когда ты кричишь для меня. Это вызывает у меня желание раздвинуть эту идеальную киску, засунуть в тебя свой член и дать тебе то, от чего ты действительно будешь кричать."
"Его горячий рот прокладывает дорожку от моего затылка к ушной раковине, и я ощущаю каждую секунду этого внизу живота. Где-то в самых темных уголках моего мозга тихий голосок говорит, что это переходит все границы. Нет, не порка. Моя больная логика позволяет мне оправдывать это, потому что я искупаю свои грехи, невероятное удовольствие от этого просто оказывается побочным эффектом. Но когда его губы касаются моей кожи в таком интимном месте, я знаю, что это неправильно.
Но я также знаю, что прямо сейчас мне все равно.
Я вытягиваю шею, чтобы обнажить ее побольше, чтобы сильнее ощутить его на себе, даже если это принесет мне ещё одну порку. Его дыхание вибрирует в такт пульсу на моем горле. Святой гусь, я бы все отдала, чтобы почувствовать этот жар на своей киске и ощутить его тяжесть сверху, а не просто позади меня.
— Тебе бы это понравилось, не так ли, Аврора? Если бы я засунул в тебя свой член.
Мой стон срывается с губ, густой, как сироп, и за ним следует короткий вздох, когда его зубы прикусывают мочку моего уха. Да, это определенно переходит все границы. Когда я не отвечаю, он кладет ремень на мой зад в безмолвной угрозе. Сердце колотится ещё сильнее, я киваю.
— Скажи это.
— Да, — выдыхаю я. — Я хочу, чтобы ты засунул свой член в меня.
Его голос звучит низко и хрипло рядом со мной.
— Ты помолвлена, Аврора, — рычит он, проводя ремнем по изгибу моей задницы и между бедер. — Что бы сделал твой будущий муж, если бы услышал, что вместо него, ты хочешь, чтобы мой член был внутри тебя? Как ты думаешь, тебе понравился бы, его ремень на твоей заднице так же сильно, как мой?
Я качаю головой, но от легкого предупреждающего шлепка ремня по моему клитору я чуть не падаю, прислонившись к машине.
— Нет, — кричу я.
— Я единственный, кто тебе нужен, чтобы тебя отшлепать, не так ли?
— Да!
— Единственный, с кем ты хочешь трахнуться, — он подчеркивает свои резкие слова ещё одним шлепком по моему клитору, и на этот раз мои ноги угрожают подогнуться.
— Да, да! — я стону, сильно вжимая ладони в капюшон, как будто это может снять напряжение, нарастающее у меня между ног. Но я знаю, что единственный способ обрести облегчение — если Анджело продолжит делать это.
— И когда твой муж трахнет тебя в первую брачную ночь, ты будешь думать только обо мне, — ещё один жесткий, жгучий удар. — Хотел бы я, чтобы это был мой член, растягивающий твою тугую киску.
— Да, — всхлипываю я. — Боже, как бы я хотела, чтобы это был ты. Пожалуйста, Анджело, не прекращай это делать.