Автор
В провинциальном городке "Анонимные грешники" — особое конкурентное событие, когда родственников собиривают на похоронах. Соперничество за слезы превращается в балладу о неоспоримой эмоциональной силе, но все же есть некий предел даже для громких выкриков и истерических вздохи. В этой реалистичной атмосфере подчас становится жарко, будто ты сам хочешь раствориться в печали смертью....
— Куда ты идешь?
— Назови. Мне. Их. Имена.
— Анджело…
— Имена, Рори, — его голос грубый и сдавленный, как будто он пытается, безуспешно, подавить свою ярость. — И адреса. Сейчас же.
Став на колени, я дергаю его сзади за пиджак, и он замирает, напряженный от моего прикосновения.
— Пожалуйста, — умоляю я.
Он делает паузу, затем опускается на корточки рядом со мной и хватает меня за затылок.
— Я убил каждого мужчину на этом Побережье, который прикасался к тебе неподобающим образом. От Макса до моего родного гребаного дяди.
Дрожь пробегает у меня по спине, наполненная в равной степени страхом и возбуждением. Но от мысли, что он снова оставит меня здесь, у меня сводит живот.
— Завтра, — шепчу я, проводя рукой по его твердой груди. Это безумие, что я до сих пор не увидела голым. — Сегодня вечером я просто хочу провести время с тобой. Пожалуйста.
Он смягчается, и я знаю, что он у меня в руках.
— Но завтра, это будет моим первым делом. И напиши мне список прямо сейчас.
— Спасибо, — шепчу я, утыкаясь носом в изгиб его шеи. — Если тебе от этого станет легче…
— Ничто из того, что ты скажешь, не заставит меня чувствовать себя лучше по этому поводу, Рори.
— Ну… Я откусила ухо одному парню, — он замирает. — Поэтому, его должно быть довольно легко найти.
Проходит несколько секунд, затем над моей макушкой раздается мрачный смешок.
— Да?
— Угу. А другому я так сильно надавила большими пальцами на глаза, что теперь он видит только одним.
Его сильная, теплая рука гладит меня по спине.
— Ну и каковы были ощущения?
Я улыбаюсь ему в шею.
— Воодушевленно.
Он отстраняется от меня и смотрит на меня сверху вниз. Только сейчас я понимаю, что мои слова никак не успокоили его пыл, несмотря на его смешок.
— Ты сказала, что уже однажды трахалась. Я хочу знать его имя тоже.
Качая головой, я говорю: — Нет.
У Анджело сводит челюсть.
— Мне не нравится такой ответ. Ты любила его?
— Нет! По правде говоря, после того инцидента я просто хотела поскорее покончить с этим делом. Мне была ненавистна мысль о том, что у меня есть что-то, чего хотят мужчины, и что они могут так легко отнять это у меня.
— Как думал Альберто.
— Именно.
Его ноздри раздуваются, но он коротко кивает мне.
