Автор
В холодном осеннем Лубянке ужасные тайны скрываются под вывеской звезды Дзержина. Вокруг статуи Сталина и в самой глубине кабинета Примакова — секретная встреча, на которой заговорщики рисуют план устранения главы ГРУ. Судьба Советского Союза зависит от решений этих людей, которые знают о подлых играх и предательских перемириях больше никого....
— В самом деле? — удивился Романов, — это нехорошо… наше общество явно не готово к таким призывам…
— Вот и я говорю — деятельность Памяти надо либо совсем прекратить, либо как-то загнать в рамки законности… только еврейских погромов нам сейчас и не хватает…
— Я хотел бы поговорить с лидерами Памяти, — неожиданно выдал генсек, — можно на этой неделе.
— Правда? — изумился Чебриков, — и что вам это даст?
— Посмотрю вблизи, что это за люди, — пояснил он, — да, и хорошо бы все это проделать без публичной огласки… а то ведь сами знаете, что из этого факта можно раздуть.
— А как же, есть такой, в 83 году сделали, председатель Драгунский…
— Писатель?
— Нет, генерал-полковник, дважды герой. А еще там числятся актриса Быстрицкая, композитор Блантер, режиссер Лиознова.
— Блантер это который Футбольный марш написал? — тут же отреагировал Романов, напев фальшивым голосом, — пам-пам-парарапам-пам-пам.
— Да, именно он.
— С ними я бы тоже побеседовал… а совсем хорошо бы было устроить круглый стол из Памяти и этого комитета, я бы там в роли ведущего мог выступить.
Глава 22
Общество «Память» и все-все-все
— Я постараюсь это устроить, Григорий Васильевич, — с глубоким вздохом ответил Чебриков, — только хорошо бы обойтись без огласки… подписку у каждого участника придется взять наверно…
— Устраивайте, — благосклонно кивнул генсек, — рана у меня практически зажила, врачи по крайней мере больше не настаивают на больничном режиме.
— С ним все хорошо, работает главврачом районной поликлинике в Улан-Удэ.
— И это правильно, — улыбнулся Романов, — так всегда бывает, когда поставишь не на ту лошадь. А что Лебедянцев?
— Входит в курс дел по четвертому управлению… да, он мне тут записку передал насчет финансов этого заведения — хорошо бы там ревизию провести, говорит, дыры, говорит, зияют в каждой строке баланса…
— Проведите, что же, — согласился генсек, — только ради бога — тут тоже хорошо бы без лишней огласки.
"Чебриков сдержал свое обещание, и ровно через неделю не в Кремле, конечно, а на правительственной даче в Завидове организовал мини-конференцию по еврейскому вопросу. Со стороны Антисионистского комитета в ней были задействованы руководитель, конечно, бравый генерал-танкист Драгунский, а также Лиознова, Райкин и глава Московской синагоги Фишман.
