Автор
В холодном осеннем Лубянке ужасные тайны скрываются под вывеской звезды Дзержина. Вокруг статуи Сталина и в самой глубине кабинета Примакова — секретная встреча, на которой заговорщики рисуют план устранения главы ГРУ. Судьба Советского Союза зависит от решений этих людей, которые знают о подлых играх и предательских перемириях больше никого....
— Григорий Васильевич, — отвечал ему Лысенко, — это секрет полишинеля про наш северный космодром, про него даже малые детишки в детском саду знают. Так я продолжу про категории — кроме этих пунктов, которые никаких вопросов не вызывают, к особой категории снабжения отнесена вся Прибалтика, все Закавказье, юг Средней Азии и почему-то только западная часть Украины. А вот зато низшая, третья категория — это вся остальная Россия, кроме Москвы и Ленинграда, плюс восток Украины. Небольшие исключения сделаны для опять-таки национальных образований в Приволжье — у татар, башкиров и прочих нерусских народностей там категория снабжения первая или вторая.
И Лысенко выудил из своего портфеля сложенный вчетверо большой лист, развернул его и положил на стол."
"— Синий цвет — высшая категория, красный — низшая, — пояснил он, — голубой и розовый посередине между ними.
— Действительно, очень наглядно, — высказался Романов после изучения карты.
Глава 24
— А что такое категория снабжения, наверно, объяснять не надо — в магазинах все присутствующие хоть раз, но бывали, — счел нужным уточнить Лысенко. — В сухом остатке по этому пункту имеется то, что мясо большинство российских граждан видит только на рынке по тройной цене либо в так называемых праздничных заказах по месту работы. А в той же Грузии оно совершенно свободно продается в торговле. По рубль девяносто.
— В этом наш комитет готов поддержать выступающего ээээ, — осторожно решил высказаться председатель, бравый генерал Драгунский, — товарища Лысенко — для советской власти такие перекосы совсем не к лицу.
— У вас еще что-нибудь будет? — осведомился Романов, усевшись обратно на свое место во главе стола.
— Если позволите, только еще один пункт, — перевернул листочек в блокноте Лысенко, — относительно этнонима «русский»…
— А с ним-то что не так? — удивился генсек, — с этнонимом?
— А это слово у нас употребляется по какому-то лингвистическому лимиту, — начал свои пояснения Лысенко, — либо его избегают в официальных документах и в средствах массовой информации, либо старательно заменяют на «советский».
