Меня похитили. Он спас. Но я рано обрадовалась. Мой герой оказался не героем. Скорее наоборот — Антигероем.— Отпусти меня.— Отпущу, когда придет время.— Время для чего?— Не задавай лишних вопросов, красивая, целее будешь.— Хочется понять правила игры.— В этой игре нет правил. Просто будь послушной....
— Как можно сочувствовать такому человеку?! — возмущаюсь я, закрывая книгу. А мужчина усмехается, запрокидывая голову.
— Нельзя судить книгу по мнению других. Всегда нужно полагаться только на свои ощущения, Рада. И потом, иногда приходится идти по дороге зла, потому что другого выбора просто нет изначально. Тебе навязали неправильное представление о мире, которое стало для тебя единственной истиной.
Мне кажется, я даже открываю рот, слушая его. Мы ведь не о книге говорим, есть что-то глубокое в его словах, личное.
— Как тебя зовут? — повторяю вопрос почти шепотом.
— Так важно знать мое имя?
Киваю.
Да, мне это важно!
Я хочу знать, кто он. Начнем с имени.
— Выкупи у меня ответ на твой вопрос, — уже нагло ухмыляясь, произносит он.
— В каком смысле?
— У любой информации есть цена. Я назначаю цену, ты решаешь, нужна ли тебе информация и что ты готова за нее дать, — самоуверенно заявляет мерзавец.
— И сколько же стоит твое имя?! — от возмущения поднимаюсь, садясь на диване.
— Поцелуй.
— Что? Ты серьезно?
— Вполне, я хочу твои губы, Рада, — в подтверждение опускает взгляд на мои губы. — Понимаю, они болят. Я сделаю это аккуратно.
— Вот спасибо. Слишком дорогая цена просто за имя. Тогда мне нужен еще один ответ, а какой — я озвучу после поцелуя.
Кажется, я начинаю вникать в суть игры.
Не знаю, что на меня находит, но накрывает азартом.
— Торгуешься, детка, — снова усмешка. Мне дико не нравится, что он зовет меня деткой. Но сейчас не в моих интересах спорить. — А ты не так проста, как кажешься. Хорошо, два вопроса, но я повышаю цену, — начинает торги. — Поцелуй у меня на коленях, — для наглядности хлопает по своим коленям.
Глава 8
Рада
Легко мысленно себя убедить сесть на колени к мужчине и позволить поцеловать. Трудно сделать, трудно уговорить себя подняться с места.
— Сделка отменятся? — ухмыляется мерзавец. У него такая высокомерная и порочная улыбка.
— Нет! — решительно поднимаюсь на ноги.
К черту все! Подхожу к мужчине, он поднимает голову, заглядывая мне в глаза, и ждет, когда я сяду.
