Вместе с главной героиней, вы становитесь свидетелем жестокой атмосферы закрытого пространства и бесконечного одиночества. Одетая в серую майку и джинсы, она оказывается прикованной к батареи теплого отопления, подчиняясь неизвестному хозяину. Кровь потекает из шока и страха по ее лицу, но это лишь начало переживаний в антагонистичном мире....
— Он в Израиле, поговаривают, лечится, но что-то мне подсказывает, что на мои деньги и назад не вернется… Но я достану его и там.
— А Наталью?
— А эта тварина тоже греется в Эмиратах, ее соцсети завалены фотографиями. Даже искать не надо, тупая шлюшка выставляет локации. Не долго осталось ей там задницу жарить, скоро окуну ее в реальность.
— Хорошо.
Мне никого не жалко. Пусть отец поступит с ними так, как считает нужным. У меня все атрофировалось, и чувство жалости тоже. Им не было меня жалко. Порой кажется, что лучше бы меня держали у себя те отморозки, прикованной к батарее… Оказалось, это легче пережить, чем разбитые иллюзии.
Никогда не была слишком ранимой и впечатлительной. Все живы здоровы, все можно пережить. Если бы я отчаянно не любила этого мужчину. Люто ненавижу его и одновременно люблю…
Я схожу с ума.
Нет, уже сошла…
— Рада, я понимаю, что тебе тяжело… — отец накрывает мою ладонь своей. — Опиши мне детально тех, кто тебя удерживал.
Понимаю отца, он хочет найти и наказать всех участников этого беспредела. Но…
— Я уже говорила: быдло. Лет по тридцать, один лысый, немного полный, другой бородатый, азиатской внешности. Я их не знаю и никогда не видела.
— Хорошо, — кивает отец. — Адрес, где тебя держали?
— Я не знаю адреса…
Я, правда, не знаю точного адреса, но, естественно, могу показать дорогу.
— Примерно, Рада, район, ты же хорошо ориентируешься в городе.
— Я не знаю! — нервно выдаю. — Меня везли с завязанными глазами и туда, и обратно.
— Хорошо, не волнуйся, — устало выдыхает отец.
— Мне нужно ехать, — поднимаюсь с места, отставляя так и не тронутый завтрак.
— Подожди, — отец поднимается с места и идет вместе со мной. Помогает надеть мне пальто в прихожей, открывает дверь, подставляет руку и выводит на двор. Раньше у нас были натянутые отношения. Отец много запрещал, читал нотации, мы не понимали друг друга. Сейчас же все кардинально поменялось.
Этот жесткий жизненный урок научил меня ценить отца. Я поняла, что могу потерять его, я поняла, насколько он одинок. С мамой развелся, бабушка покинула нас еще пять лет назад, любовницы — алчные твари, есть только я…
— Познакомься, Рада, это Андрей, твой новый водитель и охранник, — представляет меня мужчине. Андрей сдержанно кивает.
