Автор
Радость Сглатываю — жаждой переполнен желудок. Кто придумал эти невыносимые наручники? Они обжигают кожу всеми углах, а отопление в комнате еще холоднее. Ожогов нет, но боль становится сильнее со времени их прикрепления. Как долго я останусь здесь, несчастная?
Замираю, вжимаясь в стену, желая с ней слиться, зажмуриваюсь.
Глеб наклоняется, проводит носом по моему виску и волосам, глубоко вдыхая. От него пахнет коньяком, сигаретами, парфюмом и мужчиной, очень опасным для меня сейчас мужчиной. Все чувства обостряются, каждой клеточкой ощущаю его сильное тело; кажется, даже ощущаю, как его сердце барабанит мне в грудь, или это мое заходится в истерике. По телу идут волны страха и еще чего-то очень… не могу объяснить. Чего-то горячего, обжигающего, что спалит меня в пепел.
— Ты пахнешь шоколадом, — вдруг выдыхает мне в ухо, касаясь губами.
Распахиваю глаза, теряя связь с реальностью, мне страшно и одновременно горячо, очень горячо, ни один парень не говорил мне таких вещей, так проникновенно и с болезненным надрывом. Я смотрю в его глаза. Но вижу только темноту, пропасть, ту самую бездну, в которую мы летим.
Ой, мамочка, как страшно-то и одновременно хочется прыгнуть, ноги подкашиваются.
— Выкупи у меня вопрос. Любой, на все отвечу, иначе… Меня, мать твою, накрывает сегодня…
— Хорошо, — шепчу я.
— Просто скажи «да» и будь послушной…
Глава 11
Рада
— Рада… — выдыхает мое имя, грубо сжимая волосы, но так нежно целует за ухом. И этот контраст напрочь отключает разум. — Скажи «да», — дергает волосы, вынуждая обнажить шею для его поцелуев. Лихорадочно дышу, пытаясь держать себя в руках, но это сложно, контроль ускользает с каждым его горячим вздохом и прикосновением.
Что может быть проще — сказать «да» и отпустить себя?
Мне вообще необязательно говорить это «да».
— Рада, — рычит, обхватывая ладонью мою шею. Нет, не душит, просто фиксирует, вынуждая смотреть в его глаза цвета ртути. Очень опасные сейчас глаза. — Скажи мне «да»! — требует.
— Да, — выдыхаю в его губы, сдаваясь.
