Экран светился странными вспышками, будто ночной космос в комнате. Этот мир за шторами не совпадал с реальностью. Люди вокруг казались подозрительными — взгляды пугающе наивны или пронзительно холодны. Он знал: если купил осла, не думай, что все дороги твои в жизни тоже будут так просты и предсказуемы. Пролог открывал собой новую реальность — мир за шторами был только началом....
Лис
С Кривого пустыря Глушаков приехал возбужденный, резко распахнул дверь в кабинет начальника УР и с порога выкрикнул:
– Знаете, кого там убили?!
– Кого? – Лис оторвался от бумаг, изображая живейшую заинтересованность.
– Севера!
– Да ну?! – изумился Лис. – При каких обстоятельствах?
– Очень странные обстоятельства! – Глушаков прошел и без приглашения сел, навалившись грудью на приставной столик. – Выстрел с дальней дистанции: входное в правый висок, выходное – в левом…
– Пулю нашли?
Капитан покачал головой.
– Ни пули, ни гильзы! Там заброшенный завод рядом, с собакой все осмотрели – ничего! Вроде лежку стрелка нашли, но никаких следов! Видно, работал профессионал высокого класса…
Глушаков выпалил свой доклад, замолчал, переводя дух, и неожиданно спросил:
– А как у вас прошла «стрелочка»? – и глянул так, что Лис понял – вопрос задан неспроста…
– Да никак, – он безразлично махнул рукой. – По твоему совету пошел к начальнику просить СОБР в прикрытие, а он порекомендовал вообще не ходить.
Глушаков слушал внимательно и разглядывал забинтованный палец. Лису стало окончательно ясно, что им руководит не праздное любопытство.
– А вам где назначали? – будто невзначай поинтересовался капитан.
– На Левбердоне[23], за элеватором.
– А-а-а… Тоже глухое место. Правильно, что не пошли… А что с рукой?
– Дома гвоздь забивал, ударил по пальцу…
– А-а-а, – понимающе покивал Глушаков.
– Так что теперь со Степной? Пойдет на прекращение в связи со смертью виновного? – с издевкой спросил Лис.
– Я так и думал! Но товарищ полковник сказал, что так не пойдет, – дело слишком громкое… Надо по другому варианту идти – ствол отрабатывать…
– А ты что, Волину доложил раньше, чем мне? – поднял бровь Лис.
Идти к руководству через голову прямого начальника – это грубое нарушение субординации и служебной этики. Даже Глушаков немного смутился."
"– Так получилось… Я шел по коридору и встретил товарища полковника.
– Бывает, бывает, – понимающе покивал Лис. И, впившись взглядом в глаза капитана, быстро спросил:
– Это шеф интересовался, где мне назначали «стрелку»?
– Да, – как загипнотизированный кивнул Глушаков. – То есть, нет… То есть, так, в разговоре само собой возникло…
– Бывает, бывает, – продолжал кивать Лис.
