Экран светился странными вспышками, будто ночной космос в комнате. Этот мир за шторами не совпадал с реальностью. Люди вокруг казались подозрительными — взгляды пугающе наивны или пронзительно холодны. Он знал: если купил осла, не думай, что все дороги твои в жизни тоже будут так просты и предсказуемы. Пролог открывал собой новую реальность — мир за шторами был только началом....
– Только не тяни! Если он наберет скорость, то мы все звездой накроемся!
– Я не смогу! – повторил он. – Как так – ножом в шею? Я никогда этого не делал…
– А как ты до полусмерти людей колбасил? – страшным шепотом произнесла Цифра, впившись ему в глаза высасывающим взглядом вампира. – Как Сергея из «Аквариума» искалечил? Думаешь, я не догадалась, что это ты? Как в баре в людей стрелял? Делай, что говорю, козел! Иначе очень скоро сдохнешь! Ты и так, благодаря мне, уже лишние два часа живешь! Их надо кончить! Сразу!
– А потом что? – чужим голосом спросил Дима Колесников, снова превращаясь в Ниндзю.
– Фиг его знает, что потом, – сказала Цифра. – Ты мужик, тебе и думать.
Помолчав, она добавила:
– Закопаем где-нибудь, наверное. Или сожжем в лесу… Ящику еще не помешает кол осиновый вбить…
У Ниндзи внутри что-то булькнуло. Мамочка вдруг отшвырнула сигарету и решительно двинулась к машине. Неужели услышала их голоса? Или что-то заподозрила? Ящик что-то сунул зеленой бейсболке в руку, наверное деньги, тот успокоился и полез обратно в кабину.
Нет. Елена Николаевна спокойно открыла дверцу, села справа от него. Потом Ящик тяжело плюхнулся на водительское сиденье.
– Пятьсот рублей дал этому уроду, вместо того чтобы ногами забить до смерти! – возмущался он, заводя двигатель. – Ты, пацан, с бабкой своей, вы мне эти пятьсот рублей отработаете по полной программе. Я вас гопака заставлю танцевать, мать вашу. Ноги, блин, переломаю и заставлю….
– Хватит помелом мести, – бросила Мамочка отрывисто.
Надо было бить прямо сейчас. Не раздумывая. Ниндзя понимал это какой-то частью мозга – спинного, наверное. Но не привык ему, спинному, доверять. Не было у него еще отработанного навыка убийства. К тому же ему показалось, что Мамочка, эта двуногая годзилла, эта монстрина, – что она плачет. Он увидел мокрые следы на лице и просто выпал в осадок. Как если бы увидел вылезающие из ее кожных пор зеленые колючки… Не успел, короче.
Ну, а через минуту было уже поздно.
– Кровью пахнет, – вдруг сказала Мамочка. И посмотрела на Цифру. Та пожала плечами.
– И что?
– Откуда кровь?! – Ящик резко развернулся, подозрительно осмотрел всех троих, сидящих на заднем сиденье, и тоже остановил взгляд на Цифре. – У тебя месячные?
– Загляни, проверь, – ответила та.
– И проверю! – он выключил двигатель и полез наружу, явно собираясь до конца выяснить – в чем тут дело.
«Волки, – отстраненно подумал Ниндзя. – И Ящик, и Мамочка.
