Земля в 2235 году. Город полон обычных граждан, но за углом — темные силы. Мое командование держит оборону до решающего момента. Моргана, моя соратница-модификантница, проверяет готовность моей армии перед битвой. Я же выбираю заняться подготовкой себе самому — в то время как другие ждут....
Вот только стоило нам с Морозовой войти внутрь, как нас тут же накрыл защитный барьер.
— Итак, магическая дуэль, — Голицын усмехнулся и сел недалеко от нас прямо на землю. — Я тут постою, а вы, детишки, покажите, на что способны.
Екатерина недовольно фыркнула, а меня слова Владислава рассмешили. Нет, я понимаю его резон: чем злее будет курсант, тем больше он будет пахать, но мне такой стимул не нужен.
— У меня встречное предложение, — я посмотрел прямо в глаза Екатерины, отмечая их необычайную красоту.
Морозова было вскинулась, но Голицыну явно понравилась моя идея, и он хлопнул в ладони.
— Принимается. Морозова, начинай!
Я встал в центр и расслабленно закрыл глаза. Прометей тут же активировал боевой кластер, и теперь осталось лишь дождаться первой атаки. Екатерина не стала ничего выдумывать и первым делом ударила водяным хлыстом. Простенькое заклинание, но девушка, видимо, не брала меня всерьез.
"— Четыре, — я открыл глаза и улыбнулся. — Давай следующую.
Глаза Морозовой вспыхнули голубым сиянием, и в мою сторону полетели десятки сосулек небольшого размера. Тут уже было сложнее, пришлось скакать из стороны в сторону, но в итоге и эта атака не смогла меня задеть. Морозову это явно взбесило, и, создав два ледяных копья, она кинулась в схватку. Надо отдать должное девушке, копьем она владела виртуозно, но её это не спасло.
— У тебя почти получилось, — Екатерина было дернулась, но быстро поняла, что это бессмысленно. — Вот только ты слишком подвержена эмоциям, и это мешает тебе.
— Знаю, — тихо ответила она. — Отпусти, ты победил.
Я отпустил девушку и отошел в сторону, а Владислав медленно начал хлопать.
— Браво, Мечников, ты только что показал удивительный уровень контроля над своим телом.
Вернувшись в кафе, мы вновь сели за стол, и на этот раз никто больше не возмущался по поводу моего происхождения.
