— Неужели там, на московском заводе, никому не пришло в голову проверить? — удивился Русанов.
— Так нечего было проверять, Виктор Иванович, — стал горячо рассказывать Коняхин. — Они перевешивали, конечно, ящики, проверяли вес, а он — копейка в копейку, соответствует тому, что написано в сопроводительном ярлыке. А здесь, на «Электроне», вес также соответствовал — проверяли же работники бухгалтерии! Долматова уже потом, после оформления документов, брала отходы и переписывала ярлыки, и никто этого не замечал.
— Но проверить же элементарно! — засмеялся, не выдержал Виктор Иванович. — Сверить, скажем, по итогам года, по общему весу: сколько килограммов отходов отправлено в Москву, сколько там получили. Ведь моментально обнаружится разница!
— В том-то и дело, что никто об этом не подумал. По отчетности и на том, и на другом предприятии все в порядке. Долматова на хорошем счету, честный и принципиальный работник, портрет ее на Доске почета, коммунист… Как тут заподозришь? А главному бухгалтеру конечно же надо было проверять приход-расход золота по «Электрону». Он бы Долматову на первый же год поймал.
— Вы ему сказали?
— Главному бухгалтеру? Конечно! — теперь и Коняхин рассмеялся, по-мальчишески озорно, заливисто. — У него и рот открылся. «Как?! — говорит. — Какая разница?! Не может быть». Ну, мы ему с Кубасовым те ярлыки, «московские», показали. Он и ахнул.
— Теперь по этим документам можно установить, с каких пор занималась Долматова хищениями, сколько всего похищено золота?"
"— Конечно, Виктор Иванович. Хотя работа предстоит очень большая. Это же на несколько лет придется проверять документы.
— Придется, Валера. Куда денешься! Мы создадим комиссию из специалистов, попросим их во всем разобраться. Но это уже дело техники. Нам же сейчас нужно с помощью Долматовой выявить всех участников этой преступной группы. Всех до единого! Золота, судя по всему, ушло с взвода много…
— И главбух нам также сказал, Виктор Иванович. Покидал костяшки, покрутил головой. Если, говорит, она на каждом ящике отходов «экономила» даже по сто граммов, и то в год получается… Сколько вы думаете, Виктор Иванович?
— Ну… килограмм, что ли?
— Три! Три килограмма золота! Представляете? В год!
— М-да-а…
Сейчас, вспоминая этот разговор, Виктор Иванович еще раз просматривал, сличал ярлыки, ждал звонка из прокуратуры. Василий Иванович обещал ему позвонить сразу же, как освободится — висело на нем какое-то срочное дело. Потом вместе они намеревались поехать в следственный изолятор, где содержалась Долматова.
Почитал Русанов еще раз и объяснительные Соболь и Рогожиной.