Солдаты и чекисты упорно взбирались по крутым, местами отвесным граням утесов. Овчарки лаяли и метались внизу, у их подножия.
— Я вас не понимаю, — признался Лазарев.
— Сейчас все станет ясным.
Между тем, никем не видимый снизу, скрытый каменными выступами и соснами, Дрю поспешно вытаскивал из своих необыкновенных палок все новые звенья. Легкие алюминиевые суставы выходили наружу, образуя длинный шест. К концам получившихся шестов Дрю привязал нейлоновый канатик, а к нему присоединил такую же петлю с ремнями и сиденьем. Воткнутые в снег, шесты вместе с канатиком образовали П-образную фигуру. Дрю плотно затянул на себе ремни странных «качелей», взглянул на часы и выпустил в воздух зеленую ракету.
— Смотрите, ракета! — воскликнул Лазарев. — Он вызывает на себя самолет? Неужели там возможна посадка? Надо сейчас же дать знать нашей авиации. Если его сумеют взять на борт…"
"— Все уже сделано, дорогой Иван Никитович, — перебил полковника Доронин. — В последнем акте этой затянувшейся постановки мы с вами будем только статистами. На северной и северо-западной границах барражируют наши самолеты. В боевой готовности ракетные зенитные батареи. Сюда вызваны два реактивных истребителя. Надо полагать, ровно в восемь на сцену явятся все действующие лица, если только главный солист не повернет благоразумно назад. Поскольку не удалось взять или хотя бы обезвредить врага на земле, сделаем это в воздухе. Через… — Доронин взглянул на часы, через две минуты занавес поднимется. Ага, вот и главный солист! Смотрите!
Сверху, из бездонного неба, бесшумно падал самолет с широкими, скошенными назад короткими крыльями. Восходящее солнце на этой высоте окрасило его в красный цвет. Словно облитый кровью, самолет без опознавательных знаков пикировал на Семь Братьев. Навстречу ему одна за другой взвились в воздух три зеленые ракеты.
Час тому назад сверхвысотный специальный самолет Х-15, гордость американской авиации, пересек над Ледовитым океаном государственную границу Советского Союза. Выброшенный катапультой с палубы авианосца, подошедшего вплотную к территориальным водам СССР, невидимый и неслышимый с земли, самолет шел в фиолетовом, вечно безмолвном сумраке стратосферы, едва досягаемый даже для радиолокаторов. Однако время и место нарушения границы были все же зафиксированы и обратный путь накрепко закрыт советской высотной авиацией и ракетными зенитными батареями.
Недалеко от земли, чтобы погасить чудовищную скорость пикирования, пилот блестяще сделал мертвую петлю, заложил виртуозный вираж и нырнул к сосняку на вершине Семи Братьев бреющим полетом.
— Чисто! — одобрительно заметил Доронин.