– Вот он. По приказу Смита вручаю его вам, хотя и с некоторым опозданием по не зависящим от меня обстоятельствам.
– Золотая стрела на синем поле, правильно… – Гришин был потрясен. Неожиданная мысль наполнила его радостью: – Значит, я резидент? Сколько же мне теперь будут платить?
– Много, очень много. Вы сможете жить, ни в чем себе не отказывая.
– Но кто же вы?
– Временный представитель разведцентра. Не удивляйтесь, в разведке не принято удивляться… Вы знаете, что это такое – представитель разведцентра? Объясню. Это тот, кто волен над вашей жизнью в прямом смысле слова, и чьи приказы вы, пан Юлиан, обязаны выполнять беспрекословно. За неповиновение у нас существует одно наказание – смерть.
– Знаю. – Гришин невольно отпрянул.
– Сейчас я даю вам первый боевой приказ. На выполнение его у вас имеется… – Ельшин посмотрел на часы, – всего час-полтора.
Думая о чем-то своем, Гришин спросил:
– Почему же вы до сих пор не приходили ко мне?
– Приказ действовать и пойти на агентурную связь с вами я получил только час назад.
Гришин с недоверием нахмурился.
– Мы же были вместе…
Ельшин с нетерпением пояснил:
– Этот приказ любезно доставил мой будущий родственник – Брянцев. Инструкция разведки была написана на холсте под красками, на уголке той картины, которую он привез мне из Москвы.
– Значит, художник Васильев…
– Липа. Миф. Расчет Смита на простоту и на доверие Брянцева ко мне полностью оправдал себя. Итак, обстоятельства изменились. Мы не должны терять ни минуты. Обращаю ваше внимание – ни минуты! Начнем с того, что вы ликвидируете «Аиста».
– Я н-не могу… – оторопев от неожиданности, сказал Гришин.
– Спорить нам некогда. Вы убьете его, пан Юлиан, это мой приказ, и он должен быть выполнен немедленно.
Гришин бормотал растерянно:
– У меня голова идет кругом…
– Выпейте немного, поможет… – Ельшин налил в стакан водки и подал Гришину, тот залпом выпил. – Сейчас вы поймете, в чем дело… Глухов, наверное, хвастал перед вами, что ему удалось заснять на микропленку важные материалы и передать их агенту разведцентра?
– Да, он как-то упоминал об этом.
– А агент тот при попытке уйти за кордон попал в лапы пограничников.
Из груди Гришина вырвался стон, он побледнел и схватился за сердце.
Ельшин продолжал:
– Органы государственной безопасности разберутся, конечно, что было заснято на пленку, и заставят говорить агента-связника, у которого они эту пленку изъяли. Тогда они неминуемо придут сюда и схватят Глухова.
– Боже мой! – в ужасе шепнул Гришин.
– Дошло наконец? – Ельшин холодно продолжал: – Тогда они придут сюда, схватят Глухова, а он не захочет погибать один, постарается выторговать свою жизнь в обмен на вашу, пан Юлиан.