– Не знаю, – Адам Адамыч бросил на гостя неприязненный взгляд, и тот понял: он не доверяет ему и не рад, что вынужден был привезти его в свое логово.
Медленно потекли дни – одинаковые, скучные. Высокий забор, казалось, закрывал весь мир. Деревья к осени теряли свежесть, частые дожди барабанили в окна, в этом году лета как будто и не было – сыро, прохладно, муторно. Степан целыми днями валялся на койке и вспоминал: точь-в-точь так же нудно и неопределенно было там, в далеком штате Мэриленд, накануне заброски его в Советский Союз. Но тогда согревала тайная светлая мечта, а теперь абсолютная неизвестность и опасения глухо терзали душу. Он жил тут, как в пустыне, не вступая ни в какой контакт с этими неизвестными ему людьми, к которым, кроме ненависти и отвращения, ничего не чувствовал. Они много пили, однако никогда не были по-настоящему пьяны. Степан не пил вовсе. Адам Адамыч каждый раз, как Кныш отказывался от угощения коньяком или водкой, зло щерился и в бешенстве сжимал кулаки, он так и не смог понять, что за человек перед ним. Как-то, будто в шутку, затеял возню в надежде намять гостю бока, но из этой затеи ничего путного не вышло: даже Адам Адамыч справиться с ним не смог. К тому же оказалось – шуток парень не понимает, он решительно объявил, что в случае повторения «нападения» на него просто перестреляет своих любезных хозяев, и если не сделал этого сразу же, то исключительно в силу нежелания марать о них руки, сказал это, как и все, что он говорил, без улыбки; и Адам Адамыч понял: так оно и будет.
Дни текли, а Смит не приходил. Однажды Адам Адамыч появился возбужденный и уединился с Гришкой Ножевым. Степану удалось подслушать их разговор. Из слов бандита он узнал – при попытке удрать за кордон провалился в Закавказье «турок». Из того, что об этом человеке говорил Адам Адамыч, стало ясно – речь идет о том, кого они с Чурилиным в свое время прозвали «Оглу». Провал Оглу привел к необходимости провернуть заблаговременно подготовленный разведкой какой-то второй вариант, которым и занят сейчас Крысюк. А в помощь Крысюку Смит посылает Адам Адамыча с Ножевым и этого новенького: парень прошел хорошую выучку в форту Брэгг.
Спустя немного Адам Адамыч вручил Мухину новую записку от Смита, из которой следовало, что отныне Степан поступает в подчинение к своему хозяину.
– Завтра ночью снимаемся с якоря, – сказал старый бандит.