Отойдя немного от селения, остановились. Христофоров куда-то ушел, но уже через несколько минут вернулся. За ним следовали трое вооруженных автоматами мужчин, а немного погодя к ним присоединились Крысюк и Гаяне с ребенком на руках.
– Ты пойдешь впереди нас, – приказал Христофоров Аракеляну, – и если на твоем пути окажутся наряды пограничников, дашь нам знать, откроешь по ним огонь немедленно, понял? С тобой пойдет вот он, – указал на Кныша. – С ним можешь никого не бояться.
– Хорошо, – согласился Аракелян, и в сопровождении «Мухина» исчез в темноте.
Собрав остальных возле себя, Христофоров скомандовал:
– Теперь – вперед! До Аракса расстояние пустяковое. Один-два наряда пограничников остановить нас не в состоянии, мы просто в упор расстреляем их. Главное для нас, запомните это, – быстрота. Мы должны не дать пограничникам опомниться. Надо, чтобы они не успели окружить нас. Порядок следования вам известен. Гаяне, когда будет нужно действовать, я подам тебе сигнал. Не забудьте, мы идем на вооруженный прорыв, и дисциплина у нас должна быть военная… Вы понимаете, что я хочу сказать, не правда ли?
Гаяне пошла впереди. Крысюк заранее убедил женщину: любимый супруг ждет ее на той стороне Аракса. Обстоятельства сложились так, что из Советского Союза ему пришлось бежать на чужбину, но без нее он не мыслит своей жизни и теперь ожидает жену на том берегу реки. Гаяне поверила, особенно после того, как Крысюк вручил ей письмо, заблаговременно написанное Энвером, в котором тот требовал от нее послушания их общему другу. У женщины не возникло никаких подозрений, она и представить себе не могла, что может понадобиться врагам ее родины для какой-то коварной цели. Она хотела только одного – дойти до мужа и убедить его возвратиться назад, в СССР. Известие о том, что эти чужие люди идут на вооруженный прорыв границы, намерены стрелять в пограничников, ошеломило ее и напугало.
– Иди, – приказал ей Христофоров, и она пошла.
Следом за женщиной двинулись Христофоров и Крысюк, за ними Ножевой, замыкал банду Адам Адамыч.
– Не пыхтеть! – зло шипел Христофоров на своих спутников. – Убью!
Гаяне потеряла представление о времени и расстоянии. Неожиданно раздался оклик:
– Стой! Стой, говорю, стрелять буду!
– Чего молчишь, дура? Крикни ему, что я велел, ну!.. – тормошил женщину сзади Христофоров. – Ну же! – в его руке сверкнул нож.
– Стрелять буду! – раздалось спереди еще раз.
– Крикни ему, или я тебя придушу… – шепнул Гаяне Крысюк и так рванул ее за руку, что ребенок пронзительно заплакал.
– Не стреляйте, не стреляйте! – в ужасе вскрикнула Гаяне, – это я, Майя. – Ребенок заливался плачем. – Я ищу Костю Чадова, с Асмик плохо.