Вернее — о броневой стали. Короче, о производстве танков!
Антон был потрясен — он ожидал чего угодно, но не этого. И сразу же появилась другая мысль: танки не строят в Москве! Здесь не плавят броневую сталь, не собирают из ее листов боевые машины, а агентурная станция немцев работала именно из восточного пригорода столицы. Почему? Как к радисту попадают сведения о броне, каким путем? И разве сам процесс плавки секрет, разве во всем мире ученые, занимающиеся металлургией, не знают, как выплавить броню, что добавлять в металл для прочности? Люди уже десятки сотен лет выплавляют различные металлы, делают сплавы, строят печи и прокатные станы. Что кроется за химическими символами и формулами, кто их передает, как?
— Но здесь не производят танков, — доставая портсигар и взглядом попросив у хозяина разрешения закурить, сказал Волков. — И какие секреты в выплавке стали?
— Основное дело в примесях, — доливая себе в чашку кипятку, пояснил Игорь Иванович. — Они для стали то же самое, что для человека витамины. Да мало ли секретов: какая футеровка из огнеупорного кирпича на внутреннем своде печи, как очищать регенерационные блоки, как месить огнеупорную глину для летков, как загружать пульты, — знаете, такие длинные корыта, подающие в печь сырье.
Слушая его, Антон жадно затягивался папиросой. Табак был сыроват, плохо тянулся, потрескивал, оставляя на желтоватой бумаге гильзы коричневые пятнышки никотина. С производством броневой стали Волков совершенно не знаком, а теперь придется браться за учебники, чтобы получить хотя бы приблизительное представление о том, что может интересовать врага.
Сколько новых проблем потянет за собой расшифровка перехваченного сообщения? А у Козлова есть уже и другие — станция продолжала выстукивать в эфир группы цифр. Менялись волны, время и дни связи, и пусть сеансы у них не часты, но враги работали, гнали за линию фронта информацию, готовую обернуться реками крови красноармейцев. А он, майор Волков, до сих пор еще не заставил замолчать радиста, почерк которого уже прекрасно знали работники службы радиоперехвата.
Новые слова профессора отвлекли Антона от его мыслей.
— Война заставила значительно сократить сроки производства танков и другой техники, — рассказывал Игорь Иванович. — Мы этого достигли путем применения автогенной сварки, заменившей клепку при соединении частей корпуса боевых машин. В Москве живет физик Петр Леонидович Капица. Еще в тридцать девятом году он создал установку, дающую тридцать литров жидкого кислорода в час, а это основа для автогенной сварки. Сейчас закончена работа над установкой, дающей двести литров.
— Я, пожалуй, пойду, — потушив папиросу, Волков встал. — Спасибо вам, Игорь Иванович, за чай, и не знаю, как благодарить за помощь.