Как долго придется ехать, на какое расстояние немцы оттаскивают разбитые вагоны, что ждет в конце пути — подразделение саперов или железнодорожных войск с техникой, опрокидывающей остовы сгоревших вагонов под откос? Они же заметят его, начнут ловить или просто пристрелят — ведь на нем, пусть рваное и грязное, но красноармейское обмундирование и старая шинелька. Что же, прыгать? Но достанет ли на это сил после того, как он отдал их почти все, чтобы забраться в сгоревший вагон? И все же надо прыгать!
По сторонам полотна потянулись заросли, темной стеной стоявшие на фоне потихоньку начинавшего светлеть неба. Лес его спасение, его друг и благодетель — он спрячет и не выдаст, поможет скрыться и спрятаться, а впереди уже мутно засветились другие огни, и Семен, больше не раздумывая, прыгнул.
Земля больно ударила, бросила вниз, в сырость и грязь, заставила пропахать грудью, животом и руками по сухой острой траве, вылезшей из-под стаявшего снега, и ткнула лицом в маленький, еще не успевший стать веселым ручейком, сугробчик. Не поднимая головы, он лежал и слушал, как уходит от него в темноту спасительный поезд, лязгая горелым железом, а потом начал прислушиваться к себе — все ли в порядке, сможет ли он идти? Кажется, да."
"Опершись ладонями, Слобода поднялся на ноги, постоял, чутко ловя ухом раздававшиеся в ночи звуки — гремело на станции, но глухо, отдаленно; гремело впереди, но не страшно, не похоже на звуки тревоги и близкой погони. Наверное, если даже его успели хватиться, то сначала кинутся искать на станции, и только потом за ее пределами. Но медлить все равно никак нельзя, судьба оказалась благосклонной к нему, но отпустила не так много времени — смертника могут начать искать очень скоро.
Прихрамывая — все же немного повредил ногу при прыжке, или это от ушиба, когда его первый раз свалило с ног при неудачной попытке забраться в вагон, — Семен перебрался через насыпь и пошел к зарослям кустов. С другой стороны полотна они оказались гуще и, судя по темнеющему над ними небу с редкими звездами, слабо мерцавшими в свете зарождающегося утра, обещали вскорости перейти в густой лес.
Продираясь сквозь кустарник, он обнаружил, что потерял где-то шапку, но возвращаться и искать ее не было ни времени, ни смысла…
* * *Еще издали фон Бютцов заметил торчащую на насыпи железнодорожного полотна сухую, как жердь, высокую фигуру Лидена — начальника СС и полиции безопасности, — окруженного подчиненными. По путям проходил длинный состав — движение поездов после ночной бомбежки хотя и с трудом, но все же удалось восстановить, — поэтому слов не слышно, но судя по тому, как один из эсэсманов усиленно жестикулирует, можно предположить: он явно пытается доказать что-то своему руководству.