Теперь начинается роман о замке, который казался скромным четырехлетней давности. Но вот он вновь стоит на своем месте, величественно прорезавая небо. Сюжет вокруг загадок, которыми наполнен этот замок и его прежние обитатели — магия времени и тайны истории скрываются здесь глубоко....
Некоторое время рейхсфюрер молчал, меряя шагами ковер на полу и глядя, как зарываются в густой ворс при каждом его шаге носки сапог. Потом он вдруг хмыкнул и повернулся к группенфюреру.
— Скажите, как, по вашему мнению, смогут ли окончательно договориться Сталин, Черчилль и Рузвельт? Не по одному, а все вместе, втроем?
— Думаю, нет, рейхсфюрер, — вскочил Этнер.
— Однако они уже почти снюхались два года назад, — скривил губы Гиммлер в презрительной гримасе. — Я всегда не доверял англосаксам, а за океаном вообще живут только одни барышники и плутократы.
Вернувшись за стол, рейхсфюрер перебрал лежавшие на нем бумаги и, откинувшись на спинку кресла, значительно сказал:
— Есть сведения, что они хотят встретиться — Сталин, Рузвельт и Черчилль.
Этнер почувствовал, как у него вспотели ладони: вот зачем понадобился он Генриху, вот почему тот спрашивал о Бергере — хочет поручить им работу по встрече «Большой тройки», как называют газеты руководителей вражеских держав! Жуткая перспектива.
Из праздного любопытства глава PCXА не станет интересоваться временем и местом встречи глав правительств враждебных стран — он не из породы пустозвонов или жадных до сенсаций газетчиков из дешевых бульварных листков. Генрих — полицейский до мозга костей, со всеми положительными и отрицательными качествами, присущими ему, как каждому представителю этой древней профессии. Значит, в самом скором времени надо ждать решения о проведении акции в отношении «Тройки», и такая акция может носить только один характер.
Открывались прекрасные перспективы выдвинуться в этом деле на самый верх и столь же реальные перспективы потерять на нем все, что имеешь сейчас, отдав Генриху Бергера. Тогда невольно окажешься и сам втянут в подготовку и осуществление акции. Лавры победителя и гнев фюрера равно падут на тебя.
