Советский разведчик Антон Волков вступает в смертельную игру с немецким абвером. Весной 1940 года три разведки — немецкая, советская и английская — ведут охоту за пропавшим полковником Марчевским, владеющим секретом шифра картотеки разведотдела. Волкову предстоит разгадать тайну и пережить...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Антон Волков. Книги 1-4» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Советский разведчик Антон Волков вступает в смертельную игру с немецким абвером. Весной 1940 года три разведки — немецкая, советская и английская — ведут охоту за пропавшим полковником Марчевским, владеющим секретом шифра картотеки разведотдела. Волкову предстоит разгадать тайну и пережить...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Советский разведчик Антон Волков вступает в смертельную игру с немецким абвером. Весной 1940 года три разведки — немецкая, советская и английская — ведут охоту за пропавшим полковником Марчевским, владеющим секретом шифра картотеки разведотдела. Волкову предстоит разгадать тайну и пережить...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А за грудиной нестерпимо жгло…
«Что же будет, если этот штык начнут вынимать?» — отстраненно подумал Алексей Емельянович, пытаясь повернуться на бок, но новый приступ боли заставил его замереть, тихо застонав сквозь стиснутые зубы. На лбу выступила холодная испарина, а штык уже добрался до лопатки и застрял в кости, пригвоздив Ермакова к постели.
«Обидно, — мелькнуло у генерала, — обидно уходить вот так, все сознавая и не имея возможности ничего сделать со своим непослушным телом. Так же, как и в жизни: все сознавал, но почти ничего не мог. Обидно…»
В глазах стало темно, а губы показались немыми и чужими, неспособными шевельнуться, выговорить хоть слово, позвать на помощь. И кружилась голова, тонко, настойчиво звенело в ушах, словно сквозь вату, забившую слуховые проходы.
Гулко пробили часы в кабинете — большие, напольные, с весело блестящими, похожими на бутылки, яркими медными гирями, висящими на толстых цепях. Он не прислушивался и не считал удары — бой часов показался ему погребальным звоном, и явственно услышался из невообразимо далекого детства хрипловатый распевный басок отца Михаила, их сельского священника:
— Ныне отпущаеши, Господи, раба твоего…"
"Это кто раб? Он, Ермаков? Не бывать тому — он никогда в жизни не считал себя ни рабом страстей, ни рабом людей, ни рабом обстоятельств.
«Врешь ты все, Алешка, — вдруг ехидно возразил некто, невидимый и не осязаемый, прячущийся где-то в сгустившейся по углам темноте, — пусть не считал, но на самом деле — был!»
И это «был», как вбитый одним ударом молотка по самую шляпку здоровенный плотницкий гвоздь, как тяжелый удар большого колокола на церковной колокольне. Был, был, был!
— Есть, а не был! И не раб, а человек! Кто ты там, выйди, покажись, почему прячешься? — хотел приподняться и крикнуть генерал, но только засипел и слабо дернулся, теряя сознание от боли.
Неужели так никто и не придет в его кабинет, неужели ему больше неоткуда ждать помощи — неоткуда и не от кого, поскольку уже успел расползтись шепоток по управлениям, что генерал Ермаков позволил себе непозволительное, осмелился на недозволенное, высказал затаенное и резанул прямо по глазам самому наркому — одному из верховных жрецов Бога на земле. И немедленно стал зачумленным парией, вроде бы еще живущим и ходящим среди людей, но сведущие уже прекрасно понимали — то ходит не человек, а одна его видимость, оболочка, бродит по коридорам и сидит в кабинете, ожидая решения своей участи. Фантом! Скоро освободится генеральская должность, и надо не опоздать вступить в борьбу с конкурентами.
